Османская империя. Шесть столетий от возвышения до упадка, XIV–XX вв.

Хотя предложение Питта и прошло незначительным большинством голосов, давление на него со стороны парламента и общественного мнения было так велико, что он благоразумно отказался от политики войны, которая фактически не возрождалась вплоть до начала Крымской войны, двумя поколениями позже. Тем не менее Питту удалось внедрить в сознание людей доктрину сохранения баланса сил в Европе, жизненно важным принципом которой было предотвращение роста Российской империи и уменьшение империи Османской.

После того как турки, располагая только плохо обученными солдатами, потерпели еще ряд поражений и понесли потери на обоих фронтах, Порта была готова просить мира. В то же время к миру склонялась и Екатерина, твердо решившая при окончательном разделе установить свой контроль над Польшей. На переговорах в Яссах в 1791 году императрица отказалась от всех завоеваний к западу от Днестра, ставшего границей Российской империи. Но она достигла своей главной цели, сохранив за собой Очаков и территорию между Днепром и Бугом. Потемкину пришлось, таким образом, отказаться от давней мечты править христианским королевством к северу от Дуная, состоящим из Молдавии, Валахии и Бессарабии. Через несколько дней после подписания договора, по пути из Яссы, Потемкин умер. И на данный момент больше не велось разговоров о Греческой империи под руководством Константина, да и сама Греция была снова отдана на милость ее турецких хозяев. Но Екатерина могла теперь господствовать над Черным морем и морскими путями к Константинополю, имея флот, намного превосходящий своей численностью турецкий. Более того, Россия могла выступать против турок по суше внушительной армией, находившейся в Польше. Таким был «великий план», который русская императрица была уже почти готова осуществить, когда в 1796 году она внезапно скончалась от удара, тем самым предоставив Османской империи новую передышку.

Тем временем историческая модель изменилась, причем с большими последствиями не только для Запада, но и для Востока. И причиной тому был судьбоносный взрыв — Великая французская революция.

Часть шестая. Век реформ

Глава 29

Юный Селим III унаследовал султанат в 1789 году, в год Французской революции. Когда Русско-турецкая война была окончена, он проявил себя активным, беззаветно преданным делу реформатором, намеренным осуществить те осторожные реформаторские идеи, которые стали появляться в «век тюльпанов», пятьюдесятью годами ранее, и после него. Главный импульс придала этим идеям Французская революция. Изначально повсеместно рассматривавшаяся как внутреннее дело, касающееся одной только Европы, Французская революция вскоре стала восприниматься проницательным меньшинством как начало нового движения идей, с уроками как для Запада, так и для Востока. Ибо, в отличие от успехов Ренессанса в христианской Европе, это был социальный взрыв, не имевший общего с христианством, нерелигиозный и даже антихристианский по своему характеру. Это было гражданское движение и, как таковое, несло в себе уроки с Запада, которые следовало усвоить миру ислама, необязательно при этом вступая в конфликт с его собственными религиозными верованиями и традициями.

Селим III взошел на трон Османской империи в период ее упадка, однако она тем не менее все еще продолжала владеть большей частью своей прежней территории (потеряв только Венгрию, Трансильванию, Крым и Азов). Но Османская империя уже длительное время находилась в состоянии стагнации и теперь стала медленно разрушаться из-за внутреннего развала. Центральную власть султана над его владениями все чаще игнорировали сильные местные руководители (паши), злоупотреблявшие своей властью над жизнью, смертью и налогами, а также не подчинявшееся дисциплине чиновничество. Более того, многие провинции были охвачены огнем восстаний или угрозы восстаний — со стороны ваххабитов, всемогущих в пустынях Аравии; друзов — среди холмов Сирии и Палестины; племен сулиотов в Эпире и Северной Греции; мамлюкских беев в Египте, презиравших Порту; и даже подданных-христиан, мечтающих о независимости.

В империи существовали и другие источники беспорядков, столь же подрывного характера, что и любые другие в христианской Европе: из-за развития системы наследования, от которой империя Сулеймана еще была, к счастью, свободна. Из-за увеличения числа владельцев наследственных фьефов, мелких князьков, известных как деребеи, или «властелины долин», которые захватывали власть и земли, отвергали их суверена и подавляли зависимых от них. Среди крестьянства и всего народа в целом в то время царила крайняя бедность и нищета, финансовые проблемы центрального правительства оставались острыми и не поддавались решению. Целью Селима, чтобы справиться с ситуацией, было проведение, по крайней мере в центре, реформ по западной модели, насколько это возможно в рамках традиционных османских институтов. Оставалось увидеть, насколько сильным препятствием для реформ окажутся сами эти институты, требующие модернизации.