Османская империя. Шесть столетий от возвышения до упадка, XIV–XX вв.

Наконец после блокады адмиралы ввели флот в залив Наварино и стали настаивать — демонстрируя силу, но договорившись между собой не открывать огонь, если турки не выстрелят первыми, чтобы Ибрагим принял условия перемирия и отплыл обратно в Александрию.

К несчастью, египетский корабль обстрелял беспалубное судно султана, перевозившее делегатов. Французский флагман немедленно ответил ружейным огнем, за чем последовал большой морской бой. В нем флот Ибрагима был почти полностью уничтожен. Это было одно из самых тяжелых поражений морского флота Османской империи после Лепанто.

Русские и французы были удовлетворены. Для Меттерниха это была «ужасная катастрофа». Для герцога Веллингтона, вскоре ставшего премьер-министром, это было «неуместное событие», за которое герцог Кларенс (в скором времени король Вильгельм IV) тем не менее наградил британского адмирала Эдварда Кодрингтона рыцарским орденом Бани — позже, под другим предлогом, отстранив его от командования флотом. Греки ликовали. Теперь наконец они получили свободу.

Каподистрия, новый президент Национального собрания, с момента своего избрания путешествовал по европейским столицам, чтобы заручиться поддержкой. В начале 1828 года он прибыл в Нафплион, чтобы приступить к исполнению своих обязанностей и восставить мир. Первым делом он направил войска, чтобы освободить от Ибрагима те территории, которые он намеревался потребовать для нового государства. В этом он добился лишь частичного успеха. Затем президент утвердил свою личную власть с помощью назначения нового правящего органа Панэллиона под своим фактическим контролем. Он дал обещание в свое время созвать новое Национальное собрание, согласно новой конституции, а пока «правил» сам через секретариат, игравший роль кабинета министров.

Англичане добились от Мехмеда Али обещания вывести войска Ибрагима. Те их подразделения, которые еще оставались на местах, были в конце концов изгнаны французской армией, после того как они сровняли с землей столицу Мореи Триполис. Затем, отсрочив окончательное урегулирование, между Россией и Турцией вспыхнула новая война.

Уже на протяжении нескольких лет русские оказывали дипломатическое давление на турок. В 1826 году они навязали Порте унизительную Аккерманскую конвенцию, которая подтверждала положения Бухарестского договора и дополняла их, к выгоде России, уступкой некоторых турецких крепостей в Азии. Конвенция предоставила молдаванам и валахам полный объем привилегий и новые политические права сербам. Теперь, когда турки потеряли в Наварино весь свой флот, уступив России превосходство на Черном море, воинственный царь Николай I стремился не к примирению, а к вооруженной конфронтации со «старым лукавым врагом Московии». Когда стало ясно, что он планирует вторжение в Турцию весной 1828 года, султан упредил его объявлением России войны в декабре 1827 года.

Следующей весной царь Николай лично повел свою армию через Прут. После захвата дунайских княжеств армия, еще до начала июня, переправилась через Дунай и осадила ряд крепостей, чтобы открыть себе путь к Балканским горам и за них, в направлении столицы султана. Турки, более грозные за крепостными стенами, чем на открытой местности, оборонялись едва ли не с прежней доблестью. Варна пала после отважной обороны, отчасти из-за предательства одного из турецких командиров, перешедшего на сторону врага с несколькими тысячами солдат, но главным образом благодаря господству России на Черном море. Выстояли Силистрия, а также Шумла, ключи к горным проходам.

Русские понесли тяжелые потери и в следующем году направили в район боевых действий более внушительные силы под командованием генерал-фельдмаршала Дибича, имевшего (по выражению барона Мольтке) «репутацию человека неодолимого успеха». Дибич впоследствии получил имя Забалканского, «перешедшего Балканы». В то время как небольшой отряд осаждал Силистрию, на этот раз успешно, главные силы русской армии выиграли генеральное сражение на поле Кулевче, перед Шумлой. В этом сражении большая армия турок потерпела поражение от меньшей по численности армии русских и была обращена в бегство, потеряв всю свою артиллерию.

После этого Дибич принял твердое решение перейти через Балканские горы, не считая обязательным предварительное подавление сопротивления Шумлы, которая все еще удерживалась ее гарнизоном, и уцелевшими при Кулевче. Пока турецкий командующий Решид-паша готовился к обороне крепости, Дибич оставил небольшой отряд, чтобы сдерживать турок, а сам повел основные силы в девятидневный форсированный марш по глубоким ущельям и труднодоступным перевалам горной цепи. Удивительно, но он смог выполнить эту задачу, практически не встретив сопротивления, поскольку Решид-паша, продемонстрировав полное отсутствие предвидения, снял все отряды, оборонявшие перевалы, для отражения ожидаемой атаки на Шумлу.