От нашествия варваров до эпохи Возрождения. Жизнь и труд в средневековой Европе

Эта тенденция передавать собственность на единственный источник богатства — землю от коллективных владельцев — племени, «сотни», деревни или семьи — отдельным людям была благоприятна в первую очередь для тех социальных слоев, которые имели тогда политическую и общественную власть. Обладание землей стало уделом тех, кто при разделении труда в обществе завладел функциями управления, имел богатство, реальную силу и духовную власть. В первую очередь новые правители государств, короли и князья различного происхождения, создали для себя огромные имения. В кельтских странах они забирали в свои руки земли, оставшиеся без наследников, третью часть всей военной добычи, в том числе завоеванных территорий, и земли племен. В германских же странах они приобретали значительную часть земель путем завоевания, судебных решений, присвоения части земель деревенских общин и марок, захвата земель, принадлежавших ранее Римскому государству. Подобное происходило на всех бывших территориях Римской империи. Таким образом новые власти часто становились владельцами трети земель страны, а в лангобардской Италии они в течение короткого времени владели даже половиной ее земель. Правда и то, что во всех этих странах правители растратили все эти богатства, но и в IX в. сохранявшиеся у них остатки еще производили впечатление своим великолепием. В это время девятая часть земли Апеннинского полуострова была королевским владением, а государи из династии Каролингов имели 100 поместий в Ломбардии, 205 в Пьемонте и 320 в Алеманнии, Баварии, Тюрингии и Остмарке. Сотни тысяч квадратных миль земли в странах Запада находились в руках королей. В основном это были леса и заброшенные земли, но среди них было и много возделанных земель.

Наряду с крупной земельной собственностью правителей век за веком увеличивалась и крупная земельная собственность церкви. Церковные владения росли постепенно — немного в одном месте, немного в другом — и складывались из щедрых пожертвований королей, знати и даже более низких сословий, а также из освоенных земель. Существуют ясные свидетельства того, что в IX в. треть земель христианского Запада принадлежала церкви, хотя она и пострадала от секуляризации, которую проводили первые Каролинги, и от частых захватов ее земель могущественными представителями светской знати. Английские короли могли одним взмахом пера одарить сорок аббатств, разделив между ними десятую часть своих королевских имений. В христианской Германии аббатства и епископства были просто задарены землями. Прюм имел 2 тысячи крестьянских хозяйств, 119 деревень и 2 обширных леса, Фульда — 15 тысяч карукат земли, Тегернзее — 12 тысяч карукат, Сен-Галл — 160 тысяч арпанов (1 арпан равен 3424 квадратным метрам, то есть 0,34246 гектара) земли. Аббатству Лорш принадлежали 2 тысячи крестьянских хозяйств и 2 больших леса, Гандерсхейму — 11 тысяч карукат земли, Герсфельд имел 1702 поместья. Многие монастыри имели от тысячи до 2 тысяч карукат земли, а у епископств Аугсбергского, Зальцбургского и Фрайзингенского было в собственности от тысячи до 1600 крестьянских хозяйств. По словам одного короля из династии Меровингов, «все богатство было роздано церквям». Карл Великий преподнес церквям Германии 72 дара, Людовик Благочестивый — 600 даров, а два первых Оттона 1541. На бывших землях империи церквям и монастырям повезло ничуть не меньше. Один епископ Лангра владел целым графством. Аббатство Сен-Реми в Реймсе имело 693 поместья, а Сен-Жермен-де-Пре 1727 поместий, общая площадь которых была 150 тысяч гектаров. Монастырь Сен-Вандрий поблизости от Руана в конце VII в. имел 1727 крестьянских хозяйств и 10 тысяч подданных, а в IX в. 4824 имения. Аббатство Святого Мартина Турского управляло более чем 20 тысячами крепостных. В Италии епископство Болонское имело под своей властью 2 тысячи крестьянских хозяйств, а владения папского престола были похожи на обширное государство, земли которого были разбросаны по значительной части Запада.