От победы к миру. Русская дипломатия после Наполеона

Русские дипломаты ставили вопрос таким образом, что в случае возвращения революции во Франции Европа погрузилась бы в пучину хаоса, и без Всеобщего союза невозможно было бы сгенерировать достаточно усилий и самоотверженности, чтобы ответить на этот кризис. Заявляя о своем полном согласии с союзниками, русский монарх надеялся, что Аахенский конгресс разъяснит истинные отношения между Четверным и Всеобщим союзами. Как только это отношение было бы правильно истолковано, вся Европа приняла бы три основные пункта. Во-первых, единственное предназначение Четверного союза было поддерживать легитимную конституционную монархию во Франции, в соответствии со (вторым) Парижским договором. В этой связи Четверной союз был готов, с моральной и военной сторон, оккупировать Францию, в случае если она нарушит договорные обязательства. Во-вторых, Заключительный акт Венского конгресса и Парижские договоры установили Всеобщий союз между странами-участницами, целью которого была взаимная гарантия территориальных владений, принадлежавших легитимному правительству каждого государства ab antiquo[117] или признанных договорами. И наконец, основываясь на третьем пункте соглашения между союзниками, первоначальные участники договоров 1815 года и присоединившиеся впоследствии стороны – все они входили во Всеобщую ассоциацию европейских государств. Представляя миру эти три истины, собравшиеся в Аахене государства исполнили бы статью V Второго парижского договора и статью VI Союзного трактата Четверного союза. Они бы также сохранили опекающую и консервативную силу Четверного союза. Сам факт встречи и в особенности строгое следование союзниками существующим договорам предоставляли европейской системе новую гарантию стабильности. Организация конгресса и предстоящая работа также представляли собой реализацию договорных обязательств, включая еще не выполненные положения, требовавшие внимания союзников.

Как описывал российский меморандум, и как в итоге получилось, выработанные в ходе конгресса протоколы расширяли и уточняли обязательства, уже накладываемые соглашениями Четверного союза, Заключительным актом Венского конгресса и Парижскими договорами. Подтверждая Четверной союз, эти протоколы должны были определять casus foederis, допустимые к применению союзниками меры военного воздействия, организацию будущих встреч монархов, регулярных и экстренных, включая меры предосторожности, разработанные для предотвращения ущерба достоинству других дворов или ослабления уз Всеобщей ассоциации при их проведении. Еще одним результатом работы конгресса должна была стать декларация, в которой великие державы объявили бы всей Европе результаты работы конгресса и заявили бы о решимости союзников выполнять существующие договоры. Эта декларация разъясняла бы основы освобождения французских территорий и остающиеся в силе гарантии, включая ответственность всех стран, подписавших Венские и Парижские соглашения. Российское правительство принимало необходимость сохранения Четверного союза только в том случае, если бы потребовалось дать быстрый ответ на катастрофические действия во Франции, однако действительной причиной любых действий Союза было стремление сохранить общий мир в сотрудничестве со всеми европейскими государствами. И наконец, чтобы предотвратить превращение Четверного союза в отдельный или элитарный союз, эта декларация предписывала бы правительствам и нациям обращать внимание на нравственные гарантии, уже данные и закрепленные взаимными обязательствами. Если бы общему миру угрожали революции или завоевания, четыре великие державы были готовы выполнить свои обязательства. После прояснения своих коллективных обязательств они пригласили бы другие европейские государства, в том числе Францию, присоединиться к этой декларации. Для опасавшихся положения внутри Франции стало бы очевидно, что французская революция привела бы к исключению страны из Всеобщей ассоциации.