От победы к миру. Русская дипломатия после Наполеона

В заключении меморандума объявлялось, что, во избежание формирования оппозиционных союзов, одобренные на Аахенском конгрессе протоколы должны были подчеркивать взаимосвязь Четверного и Всеобщего союзов. Первый должен был действовать секретно, потому как добросовестность четырех держав была недостаточна, чтобы противостоять коварности человеческой природы. Кроме того, Четверной союз следовало распространить на все европейские государства. В ином случае второстепенные государства попытались бы заключить сепаратные соглашения с той или иной великой державой. Лишь пригласив европейские государства присоединиться к декларации Аахенского конгресса, можно было убедить их, что Четверной и Всеобщий союзы составляли единую невидимую систему, что эта система гарантировала все права и интересы, признаваемые существующими договорами, и что ни один сепаратный союз, якобы защищающий эти права и интересы, не мог бы стать частью международного публичного права. Как только правительства и народы признали бы ценность существовавших договоров, в частности территориальные гарантии и принцип легитимности, их нельзя было бы привлечь обещаниями расширения территорий и грабежа, связанными с революциями и завоеваниями. Как только опыт и время придали бы веса «моральной силе этой великой ассоциации», право стран оказалось бы под защитой гарантий, аналогичных тем, что защищают права личности. Это бы обеспечило безопасность правительств и народов, подавило бы дух революции и стимулировало бы прогрессивные изменения социальных институтов. Правительства стран, взявшие на себя добровольные, а не навязанные чьим-то диктатом обязательства, смогли бы подарить своим поданным реформированные институты. Как показала история, вместе с улучшением общественной жизни снижалась закрепощенность классов и отдельных людей. Целью коллективной ассоциации всех государств была бы «регуляция применения принципа взаимной обороны», принципа, в интересах человечества возведенного из «области гражданского общества в политический порядок». Из такого положения дел могли зародиться мудро управляемые свободы народов.

В приложении к меморандуму, также датируемом 16 сентября (8 октября), правительство России давало оценку европейской политической системе. В процессе освобождения Европы от революций и завоеваний великие державы были движимы духом единства и христианского братства, что позволяло им основывать взаимные отношения на принципах закона (droit). Восстанавливая легитимные монархии и государства, великие державы определяли территориальные владения и устанавливали механизмы по сохранению мира, независимости государств и продвижению народов на пути к настоящей цивилизации. Следование договорам 1815 года обязывало всех участников коллективно гарантировать их исполнение, установленные этими актами территориальные границы и законный суверенитет территориальных владений каждого государства. То, какой ответ союзники дали на возвращение Наполеона во Францию в марте 1815 года, доказало эффективность принципов, соблюдавшихся в 1813–1814 годах. В договоре от 13 (25) марта 1815 года определялись правила, по которым Великая федерация вынудила Францию вернуться к соблюдению закона. К осени 1818 года, к моменту ликвидации военных гарантий послушания Франции, было важно укрепить моральные гарантии, установленные союзниками.

В дипломатической переписке русские дипломаты неоднократно распознавали в существующих договорах ключевые компоненты новой нравственной силы. Верность принципам законного суверенитета и неприкосновенности территориальных владений обещали подарить миру долгий мир. В то же самое время согласие четырех великих держав представляло собой меру предосторожности, санкционированную в прошлом защищать Европу от угрозы возобновленной революции во Франции[118]. Российское правительство предполагало, что Четверной союз мог бы рассчитывать на выступление всех государств Европы против агрессивной революционной Франции. В этой связи на конференциях в Аахене необходимо было разработать правила управления всеобщей коалицией. Этого можно было достичь с помощью протокола или декларации, определявшей меры, к которым следовало прибегнуть в случае войны не только со стороны Четверного союза, но и со стороны других государств, присоединившихся к Парижским договорам и Заключительному акту Венского конгресса. Крайне важным для сохранения мира в Европе было явное заявление об отношениях между всеми государствами, объединяющимися во всеобщий пакт – пакт, который должен был бы предотвратить изоляцию четырех великих держав от остальных государств Европы и последующее формирование отдельных союзов и ответных союзов-противовесов. В свете претензий Испании и маневров Франции, стремящейся присоединиться к Четверному союзу, было важно прояснить, что Четверной союз был не более чем «центром Всеобщего союза европейской системы».

Заседания и протоколы Аахенского конгресса