От Русской земли к земле Киевской. Становление государственности в Среднем Поднепровье в IX–XII вв.

В ту же зиму выиде Вячеславъ ис Переяславля и иде опять Турову не послушавъ брата своего Ярополка[717].

Из этих сведений следует, что Вячеслав так и не смог ужиться на южнорусском пограничье и предпочел Переяславлю свой Туров.

Однако переяславский стол недолго оставался вакантным. Под 6643 (1134/5) ультрамартовским годом[718] Ипат. и Лавр, дают такие сообщения:

Ипат.

Юрьи испроси оу брата своего Ярополка Переяславль а Ярополку дасть Суждаль и Ростовъ и прочюю волость свою но не всю[719].

Лавр.

Георгии князь Володимеричь испроси у брата своего Ярополка Переяславль а Ярополку вда Суждаль и Ростовъ и прочюю волость свою но не всю[720].

Этот размен послужил началом долгого конфликта между Мономашичами и Ольговичами, длившегося до самой кончины Ярополка:

Ипат.

и про то заратишася Олговичи йде Ярополкъ съ братьею своею и Юрьи и Андрѣи на Всеволода на Олговича и поимаша около города Чернигова села[721].

Лавр.

про то заратишася Олговичи с Володимеричи и идоша Ярополкъ Гюрги Андрѣи к Чернигову на Олговичѣ[722].

Таким образом, события вокруг Переяславля 1134–1335 гг. стали причиной длительного конфликта в Южной Руси, существенно повлиявшего на судьбы Русской земли в Среднем Поднепровье. Каковы же были причины этого «переяславского кризиса» и почему такое значение было придано факту перевода в Переяславль Всеволода Мстиславича?

Историки, обращавшиеся к этой теме, усматривали причины разногласий в специфике междукняжеских отношений, в ряде случаев в них вмешивались отношения межволостные[723]. Историографический аспект данного вопроса был мной рассмотрен в отдельной работе[724]. Не вдаваясь в подробности, хотелось бы отметить, что события, связанные с «переяславским кризисом», рассматриваются в двух фактически независимых ракурсах.

Ракурс первый — это междукняжеские отношения, ракурс второй — это стремление Киева сохранить свою гегемонию и межволостные отношения. Однако, как показывает непредвзятый анализ материалов, ни один из приведенных ракурсов не может претендовать на всеохватность. На мой взгляд, причина «перяславского кризиса» кроется в сложном переплетении ряда факторов, где присутствуют и междукняжеские, и межволостные отношения, а также сложные политико-генеалогические коллизии.

Необходимо подчеркнуть то, что борьба за киевский стол и за старейшинство в Русской земле не является «инновационным проектом» Мономаха и его потомков, как это можно понять из утверждений того же М.С. Грушевского и отчасти А.Е. Преснякова[725]. Стремление сосредоточить в руках своей семьи-династии всю Русскую землю отчетливо прослеживается еще в «долюбечские» времена в политике Всеволода Ярославича. Став киевским князем в 1078 г., последний представитель первого поколения Ярославичей, Всеволод получил уникальный шанс воплотить в жизнь завещание отца как своеобразный «политический проект» киевского сеньората. В основе этого проекта лежала идея политического контроля над Русской землей силами одного княжеского семейства, как это и было сформулировано в ряде Ярослава 1054 г.[726]

Однако со смертью Всеволода Ярославича созданный им «династический проект» оказался в кризисном состоянии. Недовольство Святославичей, открыто заявивших после кончины Всеволода о своих правах на Чернигов, стало катализатором новой серии усобиц 1094–1096 гг.

В условиях возрастания половецкой угрозы[727] эти усобицы начали угрожать самим основам древнерусской государственности.

В этой обстановке в 1097 г. и собирается Любечский съезд. О его решениях и их последствиях было подробно рассказано в предыдущей главе. Для понимания текущего сюжета важно отметить, что Любечский съезд восстановил статус-кво и смысл изначального содержания ряда Ярослава. Первоначально Русской землей владели старшие Ярославичи; Любечский съезд подтвердил права следующего поколения (внуков Ярослава) на те столы, которыми владели их отцы («…кождо да держить отчину свою Стополкъ Кыевъ Изяславль Володимерь Всеволожь Двдъ и Олегъ и Ярославъ Отославъ»[728]).

Но для того чтобы воплотить это решение в жизнь, от «проекта» Всеволода Ярославича пришлось отказаться: именно он стал причиной недовольства Святославичей. А это недовольство вызвало к жизни другой неотложный вопрос, касающийся нейтрализации особо беспокойного Олега Святославича.

Для этого и была осуществлена династическая рокировка черниговских князей. В деталях об этой операции Святополка и Мономаха уже говорилось выше, поэтому здесь вновь акцентирую внимание преимущественно на последствиях этой рокировки. А они таковы — черниговская корпорация князей во главе с Давыдом Святославичем оказалась передвинута со второго места на третье[729]. Вторыми по общединастическому счету оказались Всеволодовичи во главе с Мономахом.