От Сталинграда до Берлина. Операции советских войск и вермахта. 1942-1945

Для финнов судьба группы армий «Север» была почти так же важна, как и судьба их собственной армии. Как только побережье Балтийского моря перейдет в руки русских, морской путь в Германию, по которому осуществлялись поставки в Финляндию продовольствия и большей части вооружения и другого военного имущества, будет перерезан. Потеря Пскова 23 июля и Нарвы четыре дня спустя стала для финнов ошеломляющим ударом. Шок еще более усилился после того, как еще через два дня после потери Нарвы приказом Гитлера 122-я пехотная дивизия возвращалась из-под Выборга в состав группы армий «Север». К. Маннергейм попросил, чтобы отправка дивизии осуществлялась не через Хельсинки, а через Ханко – с тем, чтобы избежать паники среди населения. Представители ОКВ пытались убедить финнов, что переброска дивизии осуществляется только потому, что обстановка на финском фронте относительно спокойна. К. Маннергейма заверили, что в случае нового осложнения обстановки ему будет немедленно предоставлена помощь. Но с учетом сложившихся обстоятельств эти объяснения звучали неубедительно.

28 июля на секретном совещании в резиденции К. Маннергейма в Саирала (ныне – Бородинское. – Ред.) лидеры страны приняли решение о том, что Рюти должен уйти в отставку с поста президента Финляндии (что тот и сделал 1 августа). 5 августа финский парламент, не тратя время на официальные выборы, назначил президентом К. Маннергейма. Таким образом, подготавливалась почва для расторжения соглашения Рюти – Риббентроп, что позволяло снова вступить в переговоры с Советским Союзом.

Немецкая сторона подозревала, что смена главы государства не несла для Германии ничего хорошего. Вместо того чтобы попытаться организовать национальное сопротивление, К. Маннергейм вполне мог примерить тогу миротворца. Не имея возможности существенно повлиять на финскую политику, немцы предприняли еще одну отчаянную попытку убедить К. Маннергейма остаться на их стороне. 3 августа в ответ на запрос финской стороны о военной обстановке в странах Прибалтики ОКВ направило с личным докладом К. Маннергейму Ф. Шернера. Кроме того, было объявлено, что через несколько дней Финляндию планирует посетить В. Кейтель.

Нарисовать оптимистичную картину на основе данных о положении на фронте группы армий «Север» был способен только человек, обладавший рвением и решительностью Ф. Шернера. Как раз в тот момент танки 5-й гвардейской танковой армии стояли на линиях тыловых коммуникаций его группы армий западнее Риги. Отголоски этого дошли и до Финляндии: авиакомпания «Люфтганза» прекратила коммерческое воздушное сообщение между Германией и Финляндией; была прервана прямая телефонная связь между двумя странами. Ничуть не смущенный этими обстоятельствами, Ф. Шернер пообещал, что побережье Балтийского моря будет удержано, а снабжение группы армий «Север» будет осуществляться по воздуху и морем до тех пор, пока танковые соединения не деблокируют наземные коммуникации ударом из Восточной Пруссии. По иронии судьбы его обещания будут выполнены, и Финляндия будет продолжать участвовать в войне до тех пор, пока не окажется полностью изолированной.

В августе военное положение Финляндии, разумеется только на время, оставалось настолько благоприятным, насколько об этом всего месяц назад могли только мечтать самые смелые оптимисты. 3-й танковой армии удалось пробить коридор к группе армий «Север». В период с середины июля до середины августа русские сократили свои войска на Карельском перешейке до десяти стрелковых дивизий и пяти танковых бригад. 9 августа победно завершилась последняя крупная операция финских войск в Восточной Карелии за время Второй мировой войны. Советские 14-я дивизия, 21-я бригада и кавалерийская бригада оказались в окружении. Две дивизии 32-й армии были разгромлены в котле восточнее Иломантси (они вырвались из окружения. – Ред.). Казалось, что повторяются события зимней войны 1939–1940 гг., когда, несмотря на победу Советского Союза, его успехи были далеки от запланированных по тем же причинам: недооценка способности финнов к сопротивлению и отсутствие гибкости и тактического мастерства советского военного командования. (Просто советское руководство, показав силу, выжидало, понимая, что финнам деваться некуда, а лишние потери не нужны обеим сторонам. – Ред.)

В. Кейтель прибыл в Хельсинки 17 августа. Он привез дубовые листья к Рыцарскому кресту К. Маннергейма и Рыцарский крест для начальника штаба финской армии. Даже всегда присущего В. Кейтелю оптимизма не хватило для того, чтобы представить положение, в котором к тому времени оказалась Германия, в светлых тонах. Успешно завершился прорыв войск союзников в Нормандии; потеря немцами Парижа была вопросом лишь нескольких дней. В Южной Франции успешно развивалось еще одно наступление союзных войск. В Италии немецкие войска быстро отступали за Готский рубеж, а на Восточном фронте советские войска стояли в пригородах Варшавы. Неожиданно стало ясно, что конец Германии гораздо ближе, чем это могло показаться.