От Сталинграда до Берлина. Операции советских войск и вермахта. 1942-1945

При упоминании операции «Цитадель» у любого, кто не был осведомлен о сложившейся довольно удручающей обстановке, само собой напрашивалось сравнение с летними наступлениями германских войск в 1941 и 1942 гг. Для того чтобы замаскировать тот факт, что на этот раз Германия была в состоянии организовать только наступление на ограниченном участке фронта, а также, понимая, что и оно не обязательно окончится победой, А. Йодль проинструктировал управление пропаганды вермахта называть «Цитадель» контрнаступлением. Это помогало создавать впечатление о значительной оборонительной мощи Германии и заранее создавало алиби на случай неудачи операции.

1 июля был отдан специальный приказ для немецких офицеров, который был доведен до всего командного состава, вплоть до командира батальона. В нем Гитлер перечислял свои доводы в пользу проведения операции «Цитадель». Она должна была не только укрепить моральный дух народа Германии и обратить на себя внимание всего мира; это наступление должно было вновь вселить уверенность в немецких солдат. Вера союзников в победу Германии должна быть восстановлена, а нейтральные страны получат предостережение, которое сделает их поведение более сдержанным и осторожным. В результате удастся надолго перехватить инициативу у Советского Союза; кроме того, моральный дух советского солдата будет подорван если не навсегда, то на длительное время.

«Цитадель»

Оперативный план операции за месяцы задержки не претерпел изменений: 9-я армия должна была наносить удар в южном направлении вдоль линии Орел – Курск. В то же время 4-я танковая армия, восточный фланг которой прикрывала оперативная группа «Кемпф», должна была наступать на север от Белгорода к Курску (см. карту 13). План был логичен, но имел один существенный недостаток: он не давал ни малейшего шанса на достижение эффекта внезапности.

Сознавая это, в апреле Гитлер рассматривал вариант объединения северной и южной ударных группировок и нанесения одного мощного удара из района Рыльска на восток, в сторону Курска. Однако ему пришлось быстро отказаться от этой мысли, так как она была связана с огромными трудностями в переброске и перегруппировке войск. К концу июня Э. Манштейн рассчитывал перенацелить направление удара на Старый Оскол в обход мощных советских укреплений непосредственно перед Курском. Но недостатки этого плана, а именно увеличение расстояния, которое предстояло преодолеть войскам, и необходимость срочной перегруппировки сил перевешивали те преимущества, которые давал новый план наступления. Поэтому теперь оставалось надеяться только на то, что ожидавшие уже несколько месяцев немецкого наступления под Курском советские войска несколько ослабили бдительность.

Карта 13. Операция «Цитадель» и отвод немецких войск на рубеж «Хаген»

Несмотря на всю очевидность риска, нельзя сказать, что план операции «Цитадель» с самого начала был обречен на неудачу. Численность трех наступающих армий вполне отвечала поставленным задачам. Их дивизии находились в отличном состоянии, в войска поступило большое количество танков, в том числе последних моделей. (Согласно Мюллер-Гильдебранду («Сухопутная армия Германии 1933–1945»), на 30 июня 1943 г. в составе группы армий «Юг» было 1493 танка и 253 штурмовых орудия, в составе группы армий «Центр» 746 танков и 280 штурмовых орудий. Всего – 2772, в том числе 133 «Тигра» и 204 «Пантеры» (на юге) и 90 «Фердинандов» («Элефантов») на севере. – Ред.) Благодаря в основном выдающимся организаторским способностям А. Шпеера немецкие ВВС теперь имели на Восточном фронте около 2500 первоклассных самолетов, что было всего на несколько сот меньше их максимальной численности, достигнутой в предыдущем году. Примерно половина их была предназначена для обеспечения непосредственной поддержки наступления под Курском. Во второй половине июня немецкие бомбардировщики нанесли ночные удары по важнейшим советским промышленным центрам, находившимся в пределах ее радиуса действия. Были атакованы Горьковский танковый завод (и другие заводы в Горьком), предприятие по выпуску резины в Ярославле, нефтеперерабатывающие заводы в Саратове и Астрахани. Одновременно немецкая штурмовая авиация нанесла удары по аэродромам и железным дорогам в районе Курска.

Советские войска на северном фасе Курского выступа были сведены в Центральный фронт под командованием генерала К.К. Рокоссовского, а на южном – в Воронежский фронт под командованием генерала Н.Ф. Ватутина. Оба фронта сосредоточили примерно две трети своей артиллерии и танков на участках, где ожидались первые немецкие удары. В главной полосе обороны глубиной от 3 до 5 км советские армии оборудовали от трех до пяти линий окопов, построили укрытия для техники и блиндажи. В глубине от 10 до 30 км были созданы аналогичные запасные оборонительные позиции. За ними находились еще три запасных рубежа обороны, первый из которых был оборудован примерно в 40 км от основного оборонительного рубежа. Все это составляло фронтовой район обороны.