От Сталинграда до Берлина. Операции советских войск и вермахта. 1942-1945

Только на участке Центрального фронта силами солдат и местных жителей было вырыто около 5 тыс. км траншей. Каждый населенный пункт, каждый холм были превращены в опорные пункты, а на полях, которые к лету успели зарасти травой и кустарником, саперы установили до 400 тыс. мин. Вдоль открытого восточного участка Курского выступа был развернут Степной фронт под командованием генерала армии И.С. Конева. Три армии фронта имели задачу не допустить развития удара немецких войск в восточном направлении в случае неудачного для советской стороны развития событий. В качестве дополнительной меры безопасности северо-восточнее Орла в резерве находились одна общевойсковая и две танковые армии. Еще одна общевойсковая и одна танковая армия были развернуты восточнее района Харьков – Белгород[108].

Представителями Ставки при фронтах были назначены А.М. Василевский и Г.К. Жуков, признанные организаторы обороны и наступления в районе Сталинграда.

Операция «Цитадель» началась утром 5 июля с ударов пикирующих бомбардировщиков Ju-87 из состава 4-го и 6-го флотов по передовым позициям русских в полосе наступления групп армий «Центр» и «Юг». 9-я армия наносила удар на юг на участке шириной более 50 км. В центре боевого порядка армии наступал самый мощный XXXXVII танковый корпус, на флангах – XXXXI и XXXXVI танковые корпуса. XXIII армейский корпус оставался в резерве. К концу первого дня наступления наступающие прорвали первую линию обороны войск К.К. Рокоссовского, а на направлении главного удара, западнее железной дороги Орел – Курск, вклинились во вторую линию. В полосе наступления 4-й танковой армии XXXXVIII танковый корпус и II танковый корпус СС (получивший это название после того, как весной 1943 г. был сформирован еще один танковый корпус СС) наносили удар на север на 50-километровом фронте с опорой на правом фланге на Белгород. Наступление обоих корпусов началось стремительно: первая линия обороны войск Н.Ф. Ватутина была прорвана в течение двух часов.

Но первый же день наступления принес немцам несколько неприятных сюрпризов. Не успел II танковый корпус СС преодолеть первую линию обороны советских войск, как русские подвергли его настолько мощному артиллерийскому огню, что танкистам пришлось искать укрытия. Однако в то же самое время над фронтом 4-й танковой армии разразилась короткая гроза с интенсивным дождем, который залил потоками воды многочисленные овраги и балки, которыми изобиловала местность и которые обычно были сухими. Одной из таких вновь образовавшихся рек был остановлен XXXXVIII танковый корпус. Последнему его танку удалось переправиться через поток воды только около полуночи. Ранним утром, когда налеты штурмовой авиации заставили замолчать советскую артиллерию, II танковый корпус СС возобновил наступление, рассчитывая к концу дня выйти ко второй линии обороны. Но корпус вновь был остановлен, на этот раз минными полями, умело установленными в высокой траве. А в это время Н.Ф. Ватутин, избежав тяжелых потерь, отводил свои дивизии на второй оборонительный рубеж.

Южнее Белгорода III танковый корпус и корпус генерала Э. Рауса из состава армейской группы «Кемпф» переправились через Северский Донец и попали в пятикилометровую полосу укреплений, расположенных между рекой и железной дорогой. Войска при отсутствии авиационной поддержки подвергались непрекращающимся налетам авиации противника. Они медленно продвигались вперед, в то время как их потери росли угрожающими темпами.

Неудачный старт армейской группы «Кемпф» обнажил одну существенную слабость немецких войск, которая сказывалась в течение всего хода операции «Цитадель». Несмотря на то что люфтваффе во время наступления выполняли в день примерно по 3 тыс. самолето-вылетов, им не удалось добиться превосходства над противником над полем боя. Поскольку пилотам приходилось выполнять более важную на тот момент задачу обеспечения авиационной поддержки наступающим частям сухопутных войск, они не могли создавать серьезных препятствий для деятельности советской авиации. Но даже и в этом случае немецкая авиация не смогла обеспечить поддержку для всех наступающих частей и подразделений на земле. Те из них, кто был «обделен вниманием», обычно снижали темпы наступления или были вынуждены совсем остановиться. Для того чтобы обеспечить равномерность наступления армейских частей, немецкой авиации приходилось каждый день сосредоточивать усилия на новых участках.