От Второй мировой к холодной войне. Немыслимое

Такие расчеты в начале октября были сделаны, а в середине того же месяца Сталин впервые воспользовался ими при переговорах с Черчиллем и Иденом в Москве. Черчилль вспоминал: «После театра у нас состоялась в Кремле исключительно интересная и успешная беседа на военные темы. Со Сталиным были Молотов и генерал Антонов. Гарриман привез с собой генерала Дина…

Дин сделал заявление о кампании на Тихом океане и в общих чертах рассказал о том, какая помощь была бы особенно ценной после того, как они вступят в войну с Японией… Не было никаких сомнений в том, что Советы намеревались вступить в войну против Японии после разгрома Германии».

15 октября у Черчилля поднялась температура, на втором военном совещании, которое состоялось в тот вечер в Кремле, его заменил Иден. «Обсуждался исключительно вопрос об участии Советов в войне против Японии… Сталин прежде всего согласился с тем, что мы должны согласовать наши военные планы. Он просил у американцев помощи в деле создания двух-трехмесячных запасов горючего, продовольствия и транспортных средств на Дальнем Востоке».

С этого времени вопросы подготовки к войне с Японией поднялись высоко в системе приоритетов советского руководства. «И. В. Сталин повседневно интересовался всеми сведениями о действиях нашего восточного соседа и требовал от Генерального штаба самых подробных докладов на сей счет, – подтверждал Василевский. – … Первоначальные расчеты сосредоточения наших войск в Приамурье, Приморье и Забайкалье были вчерне сделаны еще осенью 1944 года… Но до Ялтинской конференции никакой детализации плана войны против империалистической Японии не производилось… Еще готовясь к поездке в Крым, И. В. Сталин предложил мне и А. И. Антонову подумать о возможности максимального сокращения времени, необходимого для подготовки военной кампании против Японии. Обсудив этот вопрос вместе с начальником тыла Красной армии генералом Хрулевым, мы пришли к выводу, что срок может быть сокращен до двух-трех месяцев после окончания войны на западе, если отказаться от перевозок по железной дороге войскового автотранспорта. Разрешение проблемы было найдено на самой конференции. Руководители США охотно согласились поставить нам в дальневосточные порты не только потребное для нас количество автотранспорта, но и паровозы».

Основные и принципиальные решения были приняты на Крымской конференции в феврале 1945 года. Государственный секретарь США Стеттиниус утверждал: «Накануне Крымской конференции начальники американских штабов убедили Рузвельта, что Япония может капитулировать только в 1947 году или позже, а разгром ее может стоить Америке миллиона солдат». Рузвельту необходима была советская помощь, и он ее получил. А Сталин уверял, что ему нужны аргументы для того, чтобы объяснить обществу и Верховному Совету причины вступления в войну с Японией.

У Рузвельта после трех с лишним лет войны с Японией не было особых причин защищать итоги русско-японской войны и Портсмутский мирный договор 1905 года. Он согласился пересмотреть их итоги в пользу СССР. Выработка конкретного соглашения по дальневосточным проблемам была поручена Молотову и Гарриману. Они легко пришли к согласию после того, как в документе появилось обязательство Москвы вступить в войну против Японии через два-три месяца после капитуляции Германии.

Соглашение Гарримана-Молотова было секретным и гласило, что Советскому Союзу после победы над Японией должны быть переданы южная часть Сахалина и Курильские острова. Москва получала право вместе с Китаем на совместную эксплуатацию Китайско-Восточной и Южно-Маньчжурской железных дорог, на обеспечение преимущественных интересов СССР в порту Дайрен (Дальний) и «восстановление аренды на Порт-Артур как на военно-морскую базу СССР».

Чан Кайши будет поставлен в известность только через три месяца, потому что от него или его окружения ожидали утечек к японцам. Возможность нападения СССР на Японию была самым охраняемым секретом.

Кроме того, в Ялте было достигнуто взаимопонимание о необходимости установления международной опеки над Кореей на 30–40 лет, «пока корейцы не будут подготовлены к самоуправлению», и над Индокитаем; о необходимости КПК и Гоминьдану объединиться для совместной борьбы с Японией.

Курильские острова американцы, похоже, просто прозевали. «Если бы президент сделал домашнюю работу и если бы кто-то из нас был лучше знаком с историей Дальнего Востока, Соединенные Штаты могли бы не отдать Сталину так легко Курильские острова», – сокрушался Чарльз Болен. Так невнимательность Госдепа к деталям и настойчивость Молотова стоили Токио Южных Курил, которые в Японии до сих пор называют «северными территориями».

Американские вооруженные силы уже прочно удерживали стратегическую инициативу на тихоокеанском театре военных действий. Однако блокада Японских островов с моря и массированные авиационные бомбардировки городов не сломили решимости Токио продолжать войну.