От Второй мировой к холодной войне. Немыслимое

Зафиксировавший это Чарльз Болен подчеркнул: «Там, в банкетном зале Кремля, мы увидели, как Сталин резко изменил советскую политику, не проконсультировавшись с человеком номер два. Униженный Молотов даже не изменился в лице. Начиная с этого момента, Советы уделяли атомной бомбе то серьезное внимание, которого она заслуживала». Болен не понял, что стал свидетелем очередного спектакля, разыгранного на его глазах Молотовым и Сталиным, а их внимание к ядерной проблематике было первостепенным задолго до этой ночи на Рождество.

Конференция возобновилась 25 декабря обсуждением балканских и иранских дел, грозя зайти в тупик. Бирнс в середине дня попросил о личной встрече с Молотовым. Но тот начал с того, что волновало Кремль:

– Поскольку вопрос о разделе японского военно-морского и торгового флота остался невыясненным, – сказал нарком. – хотел бы узнать, как Вы думаете внести ясность в этот вопрос.

– Мне нечего добавить к тому, что сказал вчера. Получив вопрос от Вас, я передал его в военно-морское министерство и предполагал, что оно выполнит распоряжение. По приезде в Вашингтон я должен буду связаться с министерством с целью выяснения его планов.

Ясно, что у Форрестола и его коллег по министерству не было ни малейшего желания делиться японским флотом с Советским Союзом.

– Я не торопил Вас с этим вопросом, но он был поднят еще в двадцатых числах октября, больше чем два месяца тому назад. Поскольку не было получено никакой информации ни по линии НКИД, ни по линии военных властей, пожелал узнать, как обстоит дело.

Бирнс признался, что не возвращался к этому вопросу после того, как передал его в ведомство Форрестола. Молотов продолжал поддавливать:

– Желательно также выбрать когда-либо время для обсуждения вопроса о японских островах и мандатных территориях Японии.

– Сейчас я не готов к обсуждению этого вопроса, – заявил госсекретарь.

Затем Молотов поднял тему, которая могла сильно понравиться американцам: он фактически дал понять, что Москва поддержит создание штаб-квартиры ООН именно в Соединенных Штатах:

– Хотел бы поднять еще один вопрос, касающийся Организации Объединенных Наций. Теперь решено, что организация будет находиться в Америке.

Бирнс сделал вид, что США здесь совсем не при чем.

– Американскому представителю в Подготовительной комиссии было дано указание не добиваться того, чтобы местопребыванием Организации была Америка. Но если другие страны этого пожелают, то США будут рады этому. Я лично сомневался насчет целесообразности размещения Организации Объединенных Наций в США, – постарался скрыть свою радость госсекретарь. Позиция Москвы в тот момент решала многое.

И вновь к Японии. Молотов ставил вопрос о разделе японского рыболовецкого флота.

– У меня нет при себе письма Гарримана, но буду рад выяснить, как обстоит дело. Возможно, представители обеих стран сумеют заняться этим вопросом, когда приедут в Лондон для участия в работах Генеральной Ассамблеи. Однако я хорошо помню, что о рыболовных судах Японии речь не шла. Правительство США имело в виду подвергнуть разделу лишь торговый флот.

– Действительно рыболовный флот не упоминался в письме Гарримана, – признал Молотов. – Но хотел бы знать, предполагается ли оставить Японии весь рыболовный флот?

– Не знаю, вопрос этот не рассматривался. Неизвестно, какое количество рыболовных судов имеется у Японии. Постараюсь узнать. Что касается японского торгового флота, то ему был причинен значительный ущерб в конце войны в результате действий Союзного подводного флота и авиации. Поэтому тоннаж японского торгового флота значительно сократился.

– Это возможно, поскольку была война, – согласился Молотов.

И перешел к обсуждению кандидатуры Генерального секретаря ООН. Бирнс был убежден:

– Если Организация Объединенных Наций будет находиться в Америке, то ее Генеральным секретарем должен быть не американский гражданин.

– Из обмена мнениями, происходившего в Лондоне во время работы Подготовительной комиссии, видно, что называются разные кандидаты. Хотел бы знать, не будет ли подходящим кандидатом Симич, нынешний посол Югославии в США и бывший посол Югославии в СССР, который хорошо известен советскому правительству? Он человек беспартийный, объективный и хорошо знает эти дела.

У Кремля, как видим, уже была своя кандидатура. Но она явно не могла устроить американцев:

– Буду рад переговорить со Стеттиниусом по этому вопросу. Он назвал мне двух кандидатов – Робертса из Канады и Ван Клеффенса из Голландии. Президент и я еще не приняли определенного решения.

Удалось снять разногласия о Румынии, но Болгария и Иран оставались на столе.

В 2.20 пополуночи протоколы встречи были подготовлены к подписанию. Бирнс уже занес ручку, чтобы их подписать, как вдруг Молотов заявил, что «по ошибке» был предложен советский вариант протокола по Болгарии, но, если партнеры не возражают, его можно было бы и принять. Бирнс заупрямился и заявил, что американские предложения ближе к компромиссу. Неожиданно Молотов согласился с госсекретарем.