От Второй мировой к холодной войне. Немыслимое

В тот же день Джексон направил письмо Руденко и де Рибу с напоминанием: «На совещании Главных Обвинителей 9 ноября 1945 года мы обсуждали возможность политических выпадов со стороны защиты по адресу представителей наших стран, особенно по вопросам политики Англии, России и Франции в связи с обвинением в ведении агрессивной войны… Около 1 декабря 1945 г., согласно договоренности, сэр Дэвид Максуэлл Файф представил свой меморандум. От советской и французской делегаций до сих пор нет никакой информации».

Ответ Руденко, согласованный с Москвой, был краткий и пришел 11 марта: «Согласно высказанному в Вашем письме пожеланию, сообщаю примерный перечень вопросов, которые по указанным мотивам должны быть устранены от обсуждения:

1. Вопросы, связанные с общественно-политическим строем СССР.

2. Внешняя политика Советского Союза: а) советско-германский пакт о ненападении 1939 года и вопросы, имеющие к нему отношение (торговый договор, установление границ, переговоры и т. д.); б) посещение Риббентропом Москвы и переговоры в ноябре 1940 года в Берлине; в) Балканский вопрос; г) советско-польские отношения.

3. Советские Прибалтийские республики».

Попытки обсудить эти вопросы в Нюрнберге пресекались.

Без Нюрнберга сегодняшний мир был бы иным. Гораздо хуже и опаснее, и фашизм поднимал бы голову куда более нагло и безнаказанно. Бабий Яр и Треблинка, Саласпилс и Бухенвальд, уничтоженные Ковентри и Сталинград – стали не просто трагическими фактами истории, они стали задокументированными фактами и статьями приговоров.

В Обвинительном заключении Трибунала нацистский режим признавался виновным за совершенное «преступление против мира, выразившееся в том, что подсудимые планировали, подготовляли и вели агрессивные войны, которые являлись также войнами, нарушающими международные договоры, соглашения и обязательства… Непрекращающееся планирование, имевшее своей целью агрессивную войну, доказано вне всякого сомнения… Действительно, угроза войны – и, если необходимо, сама война – являлась неотъемлемой частью нацистской политики».

К смертной казни через повешение были приговорены 12 военных преступников, включая Геринга, Бормана (заочно), Кальтенбруннера, Риббентропа, Кейтеля, Йодля. Десять лет тюрьмы получил Дёниц.

Впрочем, Нюрнберг не полностью выполнил свою миссию. Советский Союз будет протестовать против слишком мягкого приговора ряду основных фигурантов процесса, ни один из которых даже не покаялся и не признал свою вину.

Признав преступными СС и гестапо, суд отказался признать преступными имперский кабинет, германский Генштаб или военное командование. Не были признаны преступными УПА, бандеровские формирования, прибалтийские формирования ваффен СС. И не потому ли сегодня эти фашистские недобитки поднимают головы и героизируются.

Глава 18. Железный занавес

Заморозка

Сталин отметился 9 февраля 1946 года пространной речью на предвыборном собрании в Сталинском избирательном округе Москвы. На Западе Сталину будут инкриминировать одну-две фразы, в который увидят установку советского лидера на конфронтацию с бывшими союзниками. Рассуждая в начале о причинах начала Второй мировой войны, Сталин произнес:

– Марксисты не раз заявляли, что капиталистическая система мирового хозяйства таит в себе элементы общего кризиса и военных столкновений, что ввиду этого развитие мирового капитализма в наше время происходит не в виде плавного и равномерного продвижения вперед, а через кризисы и военные катастрофы.

Обычная марксистская мантра, в военный период не далекая от истины. Увидеть в этом ставку на конфронтацию можно было с большой натяжкой. На самом же деле эта речь, носившая именно предвыборный характер, была посвящена итогам войны и задачам восстановления.

– Но война была не только проклятием, – подчеркивал Сталин. – Она была вместе с тем великой школой испытания и проверки всех сил народа. Война обнажила все факты и события в тылу и на фронте, она безжалостно сорвала все покровы и прикрытия, скрывавшие действительное лицо государств, правительств, партий, и выставила их на сцену без маски, без прикрас, со всеми их недостатками и достоинствами. Война устроила нечто вроде экзамена нашему советскому строю, нашему государству, нашему правительству, нашей Коммунистической партии. Война сама проверила работу наших организаций и руководителей и подвела ей итоги. Существует один главный итог, на основе которого возникли все другие итоги. Этот итог состоит в том, что к исходу войны враги потерпели поражение, а мы вместе с нашими союзниками оказались победителями. Мы окончили войну полной победой над врагами, – в этом главный итог войны…