Откровения акушерки. Тайны родильного отделения

Мы не всегда должны информировать органы власти. Я живу и работаю в довольно неблагополучном районе, поэтому у нас высокий уровень подростковой беременности. Тут нормально, когда пятнадцатилетняя девочка приходит в больницу и рожает ребенка. И пока все происходит по обоюдному согласию, ситуация не дает повода для беспокойства. Конечно, совсем другое дело, если девочкам двенадцать или тринадцать лет, но мы уже привыкли видеть восемнадцатилетних, приходящих в больницу с третьей или четвертой беременностью. Это стало образом жизни для некоторых людей, который передается из поколения в поколение. Довольно часто мать подростка тоже рожала детей в ранней молодости, и мы встречаем множество бабушек в возрасте чуть за тридцать.

Однажды к нам поступила женщина, которая стала бабушкой в возрасте двадцати шести лет. Я никогда не встречалась с ней лично, но все в отделении обсуждали ее случай, потому что это определенно было необычно. И что бы вы ни думали о социальных службах, такие организации играют решающую роль в помощи молодым семьям, когда у них нет других средств поддержки.

Например, если у женщины нет места, куда бы она могла вернуться, социальные службы Британии помещают ее в отделение матери и ребенка, пока не смогут найти им дом. Соцслужбы помогают людям, когда они больше всего нуждаются в помощи.

Однако нельзя отрицать, что для некоторых людей общение с социальными работниками не приносит ничего хорошего, и иногда это приводит к решительным действиям. У одной женщины, бывшей много лет назад наркоманкой, отняли двоих детей. Мы даже не знали, что она снова беременна, пока в полночь нам не поступил срочный вызов и нас не попросили прислать акушерку на участок на окраине города.

– Что? Не могли бы вы повторить еще раз? – спросила я по телефону у диспетчера скорой помощи.

– У нас тут женщина в палатке, на участке рядом с объездной дорогой, сразу за городом. Она рожает и находится в тяжелом состоянии. Вы можете прислать акушерку?

– Да, конечно, – ответила я, когда Хелен, одна из самых старших членов команды, накинула пальто, и я объяснила ей, куда ехать.

– Удачи! – одними губами произнесла я.

Хелен показала мне большой палец и выбежала. Позже она посвятила меня в детали. Женщина, бывшая героиновая наркоманка, скрывала беременность, чтобы сохранить ребенка, – ни обследований, ни дородового ухода, ничего. Ее план состоял в том, чтобы родить тайно и держать ребенка подальше от медицинских работников, пока она не уедет из своего района. Но в тот момент, когда у нее начались схватки, она поняла, что не сможет справиться в одиночку. Женщина запаниковала и набрала 999[23], и это было правильным решением, потому что, придя на помощь, Хелен обнаружила, что женщина рожает двойню!

– И вот я стою на четвереньках, наполовину внутри, наполовину снаружи этой чертовой крошечной палатки, жонглирую младенцами в каждой руке, пытаясь согреть их, пока выходит плацента, – сказала она.

Я восхищалась Хелен, она была настоящим профессионалом.

– Забудь о Беаре Гриллсе[24], это было экстремальное акушерство, – сказала она, вздыхая.

– Хм. Родить любой ценой? Думаю, это может стать настоящим хитом, – задумчиво произнесла я.

– Я первая об этом подумала!

9. Рожденный слишком рано

– У меня был ребенок, и он умер, – медленно и отчетливо произнесла женщина.

Я сидела в приемной, заполняя какие-то бумаги, когда вошла молодая женщина с пластиковым пакетом в руках в сопровождении пожилой и хрупкой на вид дамы. Девушка выглядела лет на двадцать пять, в массивных кроссовках, без макияжа, с сальными каштановыми волосами, в беспорядке распущенными по плечам. Пожилая дама с озабоченным выражением лица рядом с ней была одета в синий макинтош. Обе казались вполне нормальными, но что-то в медленном монотонном голосе молодой женщины и в том, как ее глаза были устремлены в пол, говорило мне, что у нее, вероятно, была какая-то медицинская проблема. И то, что она сказала, прозвучало просто странно.

Однажды в больницу пришла женщина с мертвым ребенком в пакете. Она просто приехала на автобусе.

– Простите, что вы имеете в виду? – переспросила я девушку.

– Я принесла его с собой, – с этими словами она подняла изрядно потертый пакет из супермаркета и швырнула его на стол. Было что-то в форме и весе содержимого сумки, что мгновенно пробрало меня до костей. Боже милостивый, надеюсь, это не то, о чем я думаю!

– Эм-м, а что у вас в сумке? – осторожно спросила я, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.

– Ребенок, – просто сказала она, и пожилая дама рядом с ней печально кивнула и пробормотала: «Ребенок».

Я обменялась взглядом с Хелен, которая сидела за столом рядом со мной.