Откровения акушерки. Тайны родильного отделения

Бригада среагировала быстро, вызвав соответствующих специалистов, неотложную акушерскую помощь, забрав кровь из банка крови и оценив кровопотерю.

– Мы должны вызвать отца прямо сейчас, пожалуйста, – настаивал консультант.

– Давление семьдесят на сорок, нестабильное, – доложил анестезиолог. – Пульс сто двадцать и учащается, насыщение кислородом хорошее, окситоцин не действует. Начинаем вводить профол[46]. Отойдите от головы, пожалуйста, чтобы я мог интубировать.

– Кто-нибудь, предупредите банк крови, – сказал консультант.

– Необходимо соблюдать протокол крупных кровотечений. Люди, отойдите от головы, пожалуйста! – теперь анестезиолог вставил трубку в дыхательные пути. – Интубация и вентиляция завершены, мизопростол[47] и антикоагулянты введены, переливание крови в норме. Она вся ваша.

Мы все знали, что это серьезно. Анне дали общий наркоз, а Пита увели в родильное отделение, пока консультант, доктор Фаргуд, пытался взять кровотечение под контроль. Он уже закончил операцию и наложил швы на брюшную полость, а теперь пытался локализовать вагинальное кровотечение, ища любую травму, которую нужно было зашить, и требовал больше окситоцина и антикоагулянтов, чтобы справиться с кровотечением. Я проверила плаценту[48], чтобы исключить любые возможные ее остатки в полости матки, которые могут вызвать кровотечение, в то время как анестезиолог взял больше образцов крови на анализ факторов свертывания. К тому времени, как кровотечение остановилось, Анна потеряла восемь литров крови.

Остановить кровотечение в матке можно с помощью специального баллона: он вставляется внутрь органа и надувается, сдавливая раны.

Доктор Фаргуд установил пациентке баллон Бакри, который наполняется водой, чтобы надавить на внутреннюю стенку матки для остановки кровотечения. Анну перевели в отделение интенсивной терапии. Мы вышли из операционной только в шесть утра, и все были потрясены тем, что только что произошло. Меня ждали еще два часа бумажной работы от предыдущих родов, прежде чем я смогла бы уйти домой.

«Вот тебе и закончила вовремя», – подумала я.

Я проклинала Люси. Вот тебе и «не займет много времени»! На этот раз я забралась за стойку администратора, чтобы закончить с письменными отчетами, а доктор Фаргуд рядом со мной занялся своими. Мы тихо работали бок о бок, пока в рождественское утро не взошло солнце. В 07:30 звонок телефона заставил нас обоих подпрыгнуть. Я взяла трубку.

– Привет, это Пэм из интенсивной терапии. Ваша пациентка с кесаревым сечением потеряла еще два с половиной литра крови. Нам придется отвезти ее обратно в операционную.

Я прикрыла трубку рукой и обратилась к доктору Фаргуду:

– Анна потеряла еще два с половиной литра.

Он жестом показал мне, чтобы я передала ему телефон, и ответил:

– Хорошо, везите ее обратно в операционную. Я буду ждать там. Сейчас приду.

Потом он вернул мне трубку и помчался по коридору.

– А муж там? – спросила Пэм.

– Нет, он ушел домой, чтобы позаботиться о других детях, – сказала я.

– Ну, может, тебе стоит позвонить ему и попросить приехать сюда? Честно говоря, все выглядит не слишком хорошо. Пока мы разговариваем, женщину везут в главную операционную, и если мы не сможем стабилизировать ее и остановить кровотечение, что ж… у нас заканчиваются варианты.

– Ладно. Я позвоню ему прямо сейчас.

Я положила трубку, и до меня вдруг дошло, в чем дело. Жизнь Анны висела на волоске. Она могла умереть в любой момент, и я должна была сообщить это ее мужу. Мелодия звонка на другом конце провода громко звенела у меня в ушах. Пока я ждала, когда Питер возьмет трубку, мое сердце билось быстрее с каждым гудком. После нескольких секунд раздался щелчок, и в трубке прозвучал его голос:

– Алло?

– Питер, это Пиппа Джордж, одна из акушерок в больнице.

– О, привет. Все в порядке?

Я слышала радостные крики детей, разворачивающих подарки на заднем плане. Питер теперь кричал: «Дети! Дети! Тс-с-с-с. Потише. Это звонят из больницы». Потом он обратился ко мне:

– Извините, Пиппа, они так взволнованы, так что из-за Рождества и нового ребенка это просто сумасшедший дом! В любом случае чем я могу вам помочь?

– Питер, Анна потеряла еще больше крови в отделении интенсивной терапии, поэтому ее сейчас же везут обратно в операционную. Мы думаем… – мой голос начал дрожать. – Мы считаем, что вам лучше вернуться в больницу, так как мы очень обеспокоены.

На мгновение воцарилась гробовая тишина, за которой последовало тихое:

– Спасибо.

В трубке щелкнуло, и телефон зазвонил снова. К этому времени Люси уже была рядом со мной.

– Пиппа, дневной персонал уже здесь. Твоя смена закончилась полтора часа назад. Ты можешь идти домой.

– Э… Да, хорошо. Это насчет Анны: она вернулась в операционную из интенсивной терапии. Ты позвонишь мне, если услышишь новости? Дашь мне знать? – спросила я тихим голосом.

– Да, конечно. А теперь отправляйся домой. Сегодня же Рождество!

* * *