Откровения акушерки. Тайны родильного отделения

Редко можно встретить серьезный случай послеродового психоза, однако время от времени это происходит. У нас была одна пациентка, которая даже не смотрела на ребенка, она просто продолжала бормотать себе что-то под нос, сидя на краю кровати, качаясь и потирая колени. Это все, что женщина делала ночь напролет. Она почти не спала и никак не заботилась о нуждах младенца. Утром мы пригласили психиатрическую бригаду, которая подтвердила, что у пациентки проблемы с реализацией материнского поведения. Поэтому специалисты составили план: когда пациентку выпишут из больницы, она сразу же отправится в одно из психиатрических отделений матери и ребенка. Весьма необычно видеть, что такое может случиться прямо после родов. Как правило, послеродовая депрессия (ПД) проявляется не сразу. Большинство случаев развивается после того, как женщины покидают родильное отделение, так что я нечасто вижу подобное. Если у пациентки в анамнезе уже есть ПД, то обычно заранее разрабатывается план ухода. Основные проблемы психического здоровья пациентки обычно известны еще до беременности или выявляются акушеркой клиники. В некоторых, крайних, случаях мы наблюдаем у женщин поведение, которое никто не классифицировал бы как нормальное. И в таких ситуациях действия матери не поддаются логическому объяснению. Работа акушерки заканчивается в тот момент, когда рождается ребенок, и врачи клиники, а если понадобится, и психиатрическая бригада берутся за дело, так что фактически мы в дальнейшем не отвечаем за женщин, столкнувшихся с ПД. Я часто думаю о таких пациентках и просто надеюсь, что они в порядке.

Однажды меня вызвали на сестринский пост после того, как Джен ответила на звонок в приемной.

– Нам может понадобиться дополнительная поддержка, – сказала она собравшейся команде. – «Скорая помощь» уже едет, везет молодую женщину, которая только что родила и у которой открылось вагинальное кровотечение.

Из кареты скорой помощи, поддерживавшей связь с полицией, мне рассказали, что пациентку зовут Ольга и она работает на фабрике по упаковке пищевых продуктов. Сегодня около 10:30 ее коллега, одна из заводских рабочих, пошла в туалет. Там она услышала необычные звуки, доносящиеся из кабинки. Она пошла посмотреть и обнаружила доношенного ребенка, лежащего в унитазе. Конечно, женщина вытащила младенца и сразу же подняла тревогу. Впоследствии выяснилось, что мать обнаружили на рабочем месте, она истекала кровью, это было видно через джинсы.

На допросе в полиции Ольга заявила, что не знала о беременности, пока не родился ребенок, и, похоже, находилась в состоянии шока. Ребенок стабилен, его везут на вертолете скорой помощи в отделение интенсивной терапии для новорожденных, но Ольга едет к нам. Насколько нам стало известно после быстрой проверки в системе, она не записалась ни к одной акушерке и не подтвердила беременность у врача.

Как правило, послеродовая депрессия проявляется не сразу, и поначалу все может казаться прекрасно. В этом ее коварство.

Пациентка прибыла в отделение через пятнадцать минут – она была миниатюрной, крошечной, худенькой, и на вид ей вряд ли было больше двадцати. Она выглядела очень молодо, на мой взгляд. И я могла себе представить, что даже если бы Ольга знала о беременности, то легко могла бы скрыть живот под мешковатой одеждой. Хотя женщина только что родила, вы вообще не подумали бы, что она была беременна. А еще Ольга походила на оленя, ослепленного фарами. Девушка выглядела испуганной, когда мы проводили ее в отдельный кабинет, чтобы врач мог провести осмотр и проверить, осталась ли внутри плацента, и попытаться оценить потерю крови. После этого мы поместили пациентку в палату. По данным неонатального отделения, у ребенка, мальчика, обнаружили инфекцию, но в остальном он казался здоровым. Мне поручили присматривать за Ольгой, и, присоединившись к ней в палате, я сделала все возможное, чтобы ее успокоить.

– Здравствуйте, Ольга. Меня зовут Пиппа. Я акушерка и буду присматривать за вами сегодня. Как вы себя чувствуете?

Девушка пожала плечами. Она все еще была испугана и отказывалась смотреть мне в глаза.

– Здесь написано, что вы родом из Польши, – продолжала я. – Мы искали вас в нашей системе, но ничего не нашли. У вас есть врач здесь, в Великобритании?

– Нет никакого доктора.

– Значит, вы не обращались к врачу по поводу беременности? Не делали никаких анализов крови? УЗИ? Ничего?

– Я ничего не знала о ребенке, – тихо сказала она. – Это был шок.

– Ладно, ладно, милая, все в порядке. Вот что я вам скажу: почему бы мне не угостить вас чашечкой хорошего чая или кофе с печеньем. И вы бы могли рассказать мне, что случилось?

Повисла долгая пауза, глаза Ольги были полны слез, она вздохнула и посмотрела в потолок: