Памятник Бешеной Пехоте

Сейчас наша колонна уже не кажется мне неповоротливой и очень уязвимой. Это боевая железная гусеница – непробиваемая и крайне опасная. Бешеные, бля, идут, – вешайтесь, уроды, пора отвечать за свои дела. «Чехи» - это болезнь, встречайте доктора!

Шагаем по дороге к цели и воюем в стиле израильской армии – если впереди возникает помеха, останавливаемся на минуту, и из артиллерии и минометов сметаем проблему с дороги, после чего прем дальше. Один раз «чехи» попытались обстрелять колонну, тут же выхватили в ответ плотный огонь из всех стволов и больше не высовывались.

Лес поредел и неожиданно закончился. Хиди-Хутор лежит перед нами в полутора километрах. Разведдозор залег на северной окраине села и перестреливается с «чехами». Боевики уходить не спешат, тянут время, наверно, помощи ждут. Местные не проявляют себя никак – типа их все это не касается. Надо их тоже втягивать в разговор. В небе появилось три вертолета-«крокодила», и наш авианаводчик навел их на крайний дом. Не знаю, как стрельба вертушек действует на других, а лично меня она вгоняет в животный панический ужас, выглядит даже со стороны очень впечатляюще, поэтому аргумент в виде атаки вертолета – всегда весомый.

Вертушки отработали красиво – один «крокодил» положил несколько НУРСов под стенку дома, а второй ударил в середину – афганский прием, дом раскрошился моментально. На следующий заход стрелять не потребовалось – по всей деревне замелькали белые флаги. Из Хиди-Хутора вышел отряд «чехов» человек в двадцать и, перестреливаясь с нашим разведдозором, рванул в сторону леса. Больше не задерживаясь ни на чем и не отвлекаясь по мелочам, «бешеная» колонна втянулась в село. Основную задачу на сегодня мы выполнили – Хиди-Хутор наш!

…Парламентеры от села выглядят довольно представительно: три седобородых старика в высоких папахах пытаются втереть нашему комбригу, что, во-первых, боевиков в селе нет; во-вторых, оружия у местного населения нет, и никогда не было; в-третьих, они рады нас видеть и жить не могут без советской власти. В группе поддержки местных старцев – замотанные в простыни арабы. Предъявляют какие-то бумаги и утверждают, что они – представители иорданского короля, вроде как правозащитники, а здесь они типа сопровождают гуманитарную помощь для братского чеченского народа.

Ну да хрен с ними, завтра в Хиди-Хутор войдут менты, вот они и будут искать стволы, да вычислять боевиков среди местных, а у нас и своих дел в этом селе полно. А для начала надо занять оборону и максимально обеспечить себе безопасность (хотя бы на ночь).

Колонны разделились. Часть ушла дальше, в село Региту – в том направлении свалили боевики из Хиди-Хутора, а остальные под злобными взглядами местного населения закопались в землю по периметру деревни. На дороге из Ялхой-Мохка появилась группа поддержки «чехов» – грузовик с партизанами в кузове. Опоздали вы, ребята, мы уже здесь, мы уже в окопах и мы готовы отбить любые атаки – отступать нам, один хрен, некуда. Танкисты показали класс стрельбы – перевернули грузовик с первого выстрела. «Чехи» не стали испытывать судьбу и отступили обратно в Ялхой-Мохк. Стрелять по ним не стали – расстояние больше километра, попасть можно только случайно, преследовать тоже смысла нету – на открытом поле мы будем такими же мишенями, какой только что был «чеховский» грузовик. А Ялкой-Мохк у нас на очереди следующий, никуда они от нас не денутся…

Война – дело нехитрое, особенно, если боеприпасов немеряно, командир соображает в стратегии и тактике, а позиция позволяет держать под огнем всю округу. У нас с командиром и боеприпасами все нормально, а вот позиция – не в дугу: окопы вырыты на ровном, как стол, уходящем по склону вниз огороде, а в ста метрах впереди – кромка довольно густого леса.

Кобра решил, пока не стемнело, сходить со мной в разведку:

- Давай сейчас прошвырнемся по «зеленке», посмотрим, чего там да как…

- А чего там смотреть, «зеленку» перед нами надо нашпиговать минами да растяжками, ну и расстреливать всех, кто высунется…

Из леса смотрим в сторону наших окопов. Кобра явно встревожен и недоволен:

- Бля… Мы отсюда как на ладони. Не надо быть суперснайпером, чтобы перещелкать нас, как куропаток, не высовываясь из леса.

- Корче, надо выставлять здесь на ночь «секрет» – пулемет и прикрытие, ну и минировать все здесь на хрен.

Через двести метров натыкаемся на дом в лесу. Дом явно жилой, хотя никаких шевелений не видно. Кобра, как охотничья собака, встает в стойку и водит носом:

- Можно будет завтра-послезавтра посидеть здесь в засаде, этот домик очень интересный. Посмотрим, что за лесник тут живет и с кем общается. Ладно, пошли дальше.

Через полчаса блужданий вышли на дорогу, по которой шагали в Хиди-Хутор. У Кобры какой-то озабоченный вид…

- Чем не доволен, командир?

- Да уж очень легко нас впустили в этот аул. Наверняка «чехи» засаду какую-то готовят.

- Ладно, сейчас на обратном пути к Филину заглянем, узнаем, о чем враги по рациям трещат. Мне вот только одно не понятно – почему местные на нас не нападают?