Памятник Бешеной Пехоте

- Нападут еще, у них оружие сейчас, скорей всего, в схронах лежит в лесу где-нибудь, достать не успели, вот и не нападают. Опять же – мы бешеные, не очень хотят они с нами силами меряться.

Мы проходим мимо разрушенного днем вертолетами дома. У забора сидит старик с очень расстроенным лицом. Останавливаемся поговорить.

- Что, дед, жалко дома? А чего сразу белые флаги не выкидывали?

Старик посмотрел на нас и вдруг заплакал:

- Четвертый раз за войну дом разрушили. Я восстанавливаю – вы разрушаете, я делаю – вы ломаете…

Я не нашел слов, чтобы ответить, и мы молча пошли дальше. После долгого молчания Кобра заговорил:

- Это – война. Придется деду в четвертый раз дом строить, а заодно готовить кирпичи на пятый раз.

- А мне кажется, что он плюнет на все, вспомнит, что он вайнах-нохча, возьмет ствол и уйдет в лес партизанить, будет «русских свиней» бить, мстить за дом порушенный.

- Если пойдет старик партизанить, то рано или поздно сдохнет. Нас бить бесполезно, убьют одного – придет другой. Про птицу Феникс слыхал? Вот так же и мы – легко и без затруднений из пепла по жизни встаем. А чеченцы так не могут, у них экономических и людских резервов маловато.

Я захлопал глазами, пытаясь переварить услышанное:

- Только чтоб не казаться в твоих глазах дебилом, я сделаю вид, что понял тебя.

Уже стемнело, когда мы дошли до позиций взвода «Филин».

- Ну, что там у «чехов» творится?

- Да затихли пока… Днем Басаев наезжал на Торпеду, кричал, что расстреляет его, если нас из Хиди-хутора до завтра не выкинут. Наша пехота под вечер село Региту насквозь прошла, один раз нарвались на перестрелку, без потерь разошлись, «чехи» сейчас в лесу накапливаются…

Уже в полной темноте мы вернулись обратно к своим позициям. Слева от нас закопался танк. Это нормальное соседство, а вот наш правый фланг упирается в чеченский дом – это, наверное, на их огороде мы нарыли себе окопов.

После недолгих размышлений Кобра обратился к нам:

- Ну что, бойцы, слушай приказ. Ориентир один – позиция танка слева, ориентир два – дом чечена справа. Приказываю, занять оборону на рубеже ориентир один – ориентир два. На удалении вперед двести метров Колдуну, Снайперу и Десанту организовать в лесу «секрет» – окопаться и замаскироваться. Отходить только по сигналу красной ракеты. Макс и Прист – группа прикрытия, по красной ракете выдвигаетесь на рубеж кромки леса и прикрываете отход «секрета». В случае моего выхода из строя командиром назначаю Черепа, дальше – по ситуации. «Секрету» особое внимание уделить дому в лесу. Вольно… Череп, тебе есть что сказать?

- Да нет, в общем, все понятно. Спать по очереди, костры ночью не разводить. Завтра придут менты, подзачистят село, а до этого, во избежание неожиданностей, поглядываем за местными – возможен удар в спину. Макс, тебе с Пристом сейчас надо поставить в лесу штук шесть растяжек в местах, удобных для прохода. Лева, пушку БМП направь на чеченский дом, если какая провокация – мочи на хрен. Если прижмут очень сильно, мы отступаем в этот дом и занимаем там круговую оборону. Хотя, до этого вряд ли дойдет. Ну, что, господа наемники, цель ясна, задачи определены, работаем…

Ночь прошла спокойно. Дважды где-то недалеко возникала легкая перестрелка и так же неожиданно затихала. А с рассветом небо затянуло тучами, и повалил мокрый, нескончаемый снег.

«Десант»

(Дима Андреев)

22.03.96 г.

- Десант, ты меня слышишь? Очнись, куда попали?

Десант дышит, но, похоже, потерял сознание, только постанывает. Пытаюсь вколоть ему промедол, но пальцы обледенели настолько, что не в состоянии сжать тюбик с обезболивающим. Долбанный снег!...

- Все, пацаны, надо отходить на позиции, пока нас тут всех не положили.