Парадокс мудрости. Научное опровержение «старческого слабоумия». Революционный взгляд на мышление человека

Это мог бы быть вопрос сродни «курица или яйцо», не только не имеющий ответа, но в конечном счете, также не являющийся настолько важным. Но полезно знать то, что среди всех неокортикальных областей префронтальная кора становится особенно активной во время эмоциональных опытов: левая лобная кора активируется при положительных эмоциях, а правая – при отрицательных. Как мы уже знаем, префронтальная кора играет центральную роль в субъектоцентрованном принятии решений и в субъектоцентрованной оценке ситуаций. Функция префронтальной коры скорее состоит в том, чтобы просчитать, «что хорошо для организма», чем просчитать, «что истинно» в абстрактном, беспристрастном смысле. Для меня это означает, что эмоциональные «связи» левого и правого церебрального кортекса являются вторичными по отношению к когнитивным функциям обоих лобных долей.

Если это так, тогда мозг управляет эмоциями посредством одновременной интеграции «вертикальных» и «горизонтальны» цепей. Две миндалины отвечают за мгновенный (и в большей степени замонтированный или предварительно замонтированный) эмоциональный ответ, а две лобные доли отвечают за эмоциональные реакции, основанные на рациональном, когнитивном анализе. Эти два вида участия в наших эмоциональных ответах, один рационально кортикальный, а другой подсознательно субкортикальный, объединяются в лобно-миндалевидных цепях, вызывая этим вертикальную интеграцию эмоций. В то же время взаимодействие между «положительной» левой и «отрицательной» правой лобно-миндалевидной цепями через corpus callosum (тело мозолистое) и передние спайки вызывает горизонтальную интеграцию эмоций.

​ Приводимый к открытию

До сих пор в этой главе мы обсуждали взаимосвязь между эмоциями и познанием и как они связаны с функциональными различиями двух полушарий отчасти абстрактным образом. Но очевидно, что различные люди имеют различные эмоциональные и когнитивные стили. Теперь настало время рассмотреть взаимосвязь между индивидуальными когнитивными стилями и индивидуальными эмоциональными стилями и какое отношение они имеют к двум церебральным полушариям.

Для того чтобы начать обсуждение этой взаимосвязи, давайте попытаемся представить, что Фердинанд Магеллан или Христофор Колумб принимали препарат «прозак». Кто-то сказал, что, если бы «прозак» существовал и в дни великих мореплавателей, они приняли бы таблетку или две и охотно остановились бы на празднествах в Севилье, Лиссабоне или Кадисе, вместо того чтобы вступать на путь важных открытий. К счастью, эти образы просто вымысел моего воображения, потому что, если бы они соответствовали исторической реальности, Америка, возможно, так и не была бы открыта европейцами или международная линия перемены дат так и не была бы введена.

Образ колющегося «прозаком» Колумба причудлив, но он фиксирует важную истину: любой поиск радикального нововведения, любое путешествие в неизвестное приводится в движение чувством неудовлетворенности существующим положением вещей. Это тревожное, напряженное чувство, совпадающее в эмоциональном плане с чувством, приписываемом правому полушарию. Поиск исследования, новизны, того, что должно быть, идет рука об руку с вынашиваемой неудовлетворенностью того, что есть. Полностью удовлетворенные люди не открывают новых земель, не совершают кругосветных плаваний и не создают революций в науке. Если все отлично, зачем беспокоиться?

Народный образ первопроходца – это не образ довольного человека, а человека, погруженного в раздумья. Известно, что биполярное расстройство и приступы депрессии – жребий многих великих писателей, ученых и исследователей. Психолог Кей Редфилд Джемисон (Kay Redfield Jamison), сама страдающая маниакально-депрессивным расстройством, пишет о связи между креативностью и психиатрическим заболеванием.

Джебл Хершман (Jablow Hershman) и Джулиан Лейб (Julian Leib) назвали маниакально-депрессивное расстройство термином «ключ к гениальности». В цикле пленительных книг они исследуют роль маниакально-депрессивного расстройства в творческих жизнях великих героев и великих негодяев истории. Они утверждают, что великие люди, внесшие вклад в человеческую цивилизацию, такие как Бетховен, Байрон, Диккенс, Ньютон, Пушкин, Шуман и Ван Гог, все страдали от этого расстройства. Черчилль также страдал от приступов депрессии, а его пресловутая «тоска зеленая» и дикая скорость написания литературных произведений в его жизни заставляют думать о гипоманиакальном состоянии. (Микеланджело был известен тем, что страдал от депрессии, но неизвестно, были ли у него также приступы гипомании.)