Pioner Talks. 30 разговоров сегодня о том, что ждет нас завтра

Безусловно, практика разоблачения была популярна. И только благодаря этой практике мы научились как-то что-то «фильтровать», потому что все-таки в начале XX века в западных странах начали появляться социальные институты, государственные институты, которые отвечали за то, чтобы отделять зерна от плевел. Первым из них был FDA – Food and Drug Administration, до сих пор самое авторитетное государственное учреждение, американская служба по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными препаратами, которая и занималась тем, что впервые подвергала многочисленные методы лечения разным проверкам, чтобы понять, что работает, а что не работает. Многие критикуют FDA, и, конечно же, это огромный объект нападок конспирологов, как и другие крупные организации. Нет ничего проще, чем сказать, что есть какие-то «глобальные организации, созданные евреями/массонами/капиталистами» (нужное подчеркнуть), которые стремятся убивать русских/британцев/французов (нужное подчеркнуть). А на самом деле и рака нет, и СПИДа нет… Очень удовлетворительное объяснение для большого числа людей, что какие-то «тайные силы» борются с естественным и зарабатывают на этом какие-то фантастические деньги. Но на самом деле практика разоблачения до сих пор очень популярна, я сам вращаюсь в медицинском кругу – эта тема многих людей, которые пишут блоги, будучи врачами, когда разоблачают какой-то неэффективный метод или лекарство-«пустышку». Но просто нужно понимать, что такое разоблачение – всегда забавное и интересное – на самом деле плохо работает. Очень узкий сегмент людей прислушивается к этим разоблачениям. Поэтому, безусловно, ограждение людей от заведомо опасных, заведомо бессмысленных шарлатанских методов, – это в первую очередь прерогатива государственной машины, это то, где должны быть включены все эти «шестеренки» пропаганды, ограничения, цензурирования. Я, например, считаю, что популярная медицинская литература должна подвергаться обязательному цензурированию. Учитывая то, как государство в России все делает, я представляю себе, как оно будет устраивать цензуру в медицине… Если так, то уж лучше пусть все останется как есть, но если бы это было правильно, это было бы совершенно необходимо. Как мы знаем, в России довольно трудно купить, например, «Mein Kampf»[30] или руководство по изготовлению взрывчатки – это нельзя издать. А теперь зайдите в любой большой магазин, подойдите к полке с околонаучной литературой, откройте любую книжку – и вы увидите лечение мочой, лечение керосином. Причем, юридически это все безопасно, потому что на первой странице мелким шрифтом написано, что «данное издание не является пособием по медицине, рекомендуем проконсультироваться с врачом». Все. А дальше – пиши что хочешь. И бабушки с дедушками с охотой за тобой пойдут. Даже в крупном городе, я уже не говорю про большой, где зачастую какой-нибудь «Вестник ЗОЖ» является единственным «релевантным» источником информации о своем здоровье для десятков тысяч пожилых, малоинформированных людей. Поэтому разоблачения разоблачениями, но именно за охрану людей от этого всего должны отвечать государственные органы. Нельзя запретить быть глупым, нельзя запретить верить в «9 еврейских семей, которые управляют Америкой» или в фармкомпании, которые «выдумали рак, чтобы продавать препараты для химиотерапии». Но нужно, чтобы откровенно опасные «верования» не попадали на рынок. Во всяком случае то, что с первого взгляда является откровенно опасным, шарлатанским, неправильным. Это не «чисто российская проблема», в Европе тоже есть недоверие к врачам, есть уверенность в том, что все сделано ради большого бизнеса, однако существуют институты, которые оберегают от откровенно опасного.

В России очень много лекарств недоступно. Это бизнес-решение нашего государства или просто абсурд?