Акцизный налог мог также использоваться городами как умеренная, но плохо замаскированная импортная пошлина. В тех случаях, когда импорт был незначительным, а местная индустрия легко удовлетворяла спрос, специальных пошлин за иностранное пиво никто не взимал. Так было, вероятно, до XV века. Уже к XVI веку налог на импорт стал обыкновенным явлением. Доводом в пользу повышения акцизов на импортное пиво было то, что местные пивовары уже выплачивали налоги на производство, поэтому более высокие акцизы на импорт уравнивали конкуренцию между разными сортами пива. Характерный пример — город Лёвен, где импорт пива, начавшийся в 1547 году, облагался налогом, в два раза превышающим налог на пиво, сваренное в провинции Брабант[522]. Импортное пиво чаще всего было предметом роскоши и продавалось за более высокую цену, а значит, могло выдержать высокие ставки налогообложения без уменьшения объема продаж. Власти, однако же, рассматривали любое сокращение импорта и любой переход к потреблению местного пива как положительный исход дела.
Если бы города взимали налоги с местных производителей не за каждую проданную бочку, а за само приготовление, то его бремя гораздо меньше бросалось бы в глаза потребителям. Это дало бы импортерам преимущества, в вот экспортеров ожидали бы новые сложности. В первом случае более низкие налоги с продаж позволили бы покупателям дешевле приобретать привезенное извне пиво. Во втором случае налог на варку распространялся бы абсолютно на все пиво, независимо от того, предназначалось оно для местного употребления или нет. В Гамбурге который в значительной степени зависел от экспортного рынка, переход в 1628 году на взимание средств за варку, а не за количество бочек, вызвал не только противоречия, но и некоторое сокращение экспорта, поскольку городские власти не хотели или не могли по дипломатическим причинам предложить экспортерам скидку или понижение налогового тарифа за пивоварение. Города-экспортеры пытались использовать любое имеющееся у них политическое влияние, чтобы добиться снижения налогов на их продукцию в других городах. В XVI веке немецкие пивовары в целом лишились своих привилегий в иностранных портах, поскольку пивоварение теперь распространилось повсеместно, а Ганзейский союз утратил прежнее политическое значение. Препятствия, установленные в городах Германии и Нижних Земель для импорта, привели к отклонению потока и сокращению торговли пивом. Пивоварение в Гамбурге, да и в других традиционных центрах экспорта, все больше и больше превращалось в предприятие, удовлетворяющее потребности только местного рынка[523].
Существовал один очевидный аспект протекционистской политики городских властей, не вызывавший какого-либо противодействия, кроме как со стороны потребителей. В Германии, и даже в большей степени в Нижних Землях, города уже давно и неоднократно предпринимали попытки предотвратить конкуренцию со стороны пивоваров из близлежащей сельской местности. Потребление пива за городскими стенами, конечно, шло своим чередом и до 1450 года, но только в течение XV века эта проблема, как ее воспринимали городские власти и пивовары, стала обостряться.