Планета свалок. Путешествия по многомиллиардной мусорной индустрии

Тони ненадолго заводит нас на другой склад, где находятся камеры, больше всего напоминающие гигантские облицованные сталью камины. Пока мы там стоим, медленно на цепи поднимается металлическая дверь в одну из камер, и открывается адское оранжевое пламя и (как мне скажут потом) расплавленный американский автомобильный металлолом, рассортированный женщинами с другого склада. В помещении с печами не так много работников, и – особо отмечаю – все они мужчины, одетые в синюю одежду. Вероятно, размышляю я, при плавке лома точность менее важна, чем при сортировке. Плохая репутация китайского металла в 2002 году определенно подтверждает мою правоту.

Тони привлекает мое внимание к дальнему правому концу склада, где серебристые алюминиевые слитки сложены в штабели метровой высоты. Здесь десятки штабелей, тысячи слитков. Я встаю на цыпочки и делаю снимок маркировки.

SIGMA METALS

ИЗГОТОВЛЕНО В КИТАЕ

ГРУЗОПОЛУЧАТЕЛЬ: TOYOTA

МАТЕРИАЛ: ADC-12

ПУНКТ НАЗНАЧЕНИЯ: ТОМАКОМАЙ[104]

НОМЕР ПАРТИИ: 1021K2—44

МАССА НЕТТО: 506 КГ

Через неделю или две этот штабель слитков, вероятно, прибудет в Японию, где вскоре будет переплавлен в блоки цилиндров или другие детали для новых автомобилей. Некоторые из автомобилей останутся в Японии, а некоторые отправятся в США, где, если повезет, проездят 10 или 12 лет. Затем, как и автомобили-предшественники, породившие их, они тоже будут проданы, разрезаны, засунуты в контейнеры и отправлены обратно в Китай, где цикл снова повторится – и так без конца.

Такова идея; по крайней мере, в 2002 году.

Спустя девять лет я наблюдаю, как самосвал опрокидывает 18 тонн красноватой грязи, пены и мусора на землю у комплекса компании Huron Valley Steel Corporation в Белвилле (Мичиган). Новая куча присоединяется еще к двум десяткам таких же куч высотой с пикап и размером в 5–7 м. Все вместе они выглядят миниатюрной мусорной версией Скалистых гор, если смотреть на них с высоты самолета.

Я стою рядом с Дэвидом Уоллесом, старшим вице-президентом в Huron Valley, и Джеком Ноу, менеджером по контролю качества на заводе. Мы подходим к одной из куч и задерживаемся у нее. Первое мое впечатление: передо мной именно та темная грязная пенная дрянь, чье место на свалке. В терминологии индустрии отходов подобное именуется измельченным материалом, не являющимся сталью (SNF[105]), то есть это результат работы шредера после удаления стали. Среди прочего тут содержатся измельченные приборные доски, обивка, резиновые уплотнения, завалявшиеся монеты и обертка из McDonald’s под сиденьем. Однако тут – где-то внутри – содержится также весь тот металл, что я видел в шанхайской компании Sigma.

– Ну, парни, ваши предположения насчет содержания металла? – спрашивает Джек, имея в виду процентное содержание SNF, который можно извлечь отсюда.

На Джеке серая куртка с капюшоном и каска; ему около 45, но круглые щеки придают ему вид человека помоложе. Шагнув вперед, он погружает носок ботинка в мягкую массу. В зависимости от источника SNF может содержать от 3 до 95 % металла (Huron Valley не раскрывает среднее значение), и игра в угадайку благоволит опытным специалистам по отходам.

– Я бы сказал – процентов тридцать пять, – высказывает догадку Джек.

Дэвид поджимает губы и сует руки в карманы замшевого пальто. По образованию он юрист, и он смотрит на материал с прищуром, словно взвешивает доказательства.

– Трудно сказать со всей этой пеной, – вздыхает он. – Скажу – двадцать пять процентов.

– Адам?

Понятия не имею. Шагаю вперед и вжимаю ботинок в эту массу.

– Двадцать процентов, – предполагаю я.

– Подождите, – говорит Джек. – Сейчас посмотрю документы.

Пока Джек бегает в офис, я пинаю ногой какие-то фрагменты пластика. Они отнюдь не выглядят ценным сырьем, и в своем мнении я не одинок. Еще в конце 1950-х и начале 1960-х, когда Пролеры и Ньюэллы запускали первые шредеры, они закапывали SNF, не задумываясь. В конце концов, они ставили целью получение стали с помощью магнита. Но как извлечь из всей этой пены немагнитные материалы, а тем более отделить их друг от друга?

В Детройте этим вопросом задался Леонард Фриц, основатель Huron Valley. Он вырос на свалках, а в годы, предшествовавшие Второй мировой войне, сколотил себе состояние на «мусоре». Вернувшись из армии, он восстановил свой бизнес, в 1963 году его Huron Valley начала измельчать автомобили. Однако с самого начала Фрица беспокоило то, что ценную смесь металлов (SNF) приходится захоранивать. Инстинкты охотника за сокровищами возобладали, и Фриц стал искать способы извлечения металлов из SNF, который оставался в его шредерах и шредерах всех Соединенных Штатов.