Племя Тигра

Загадка появления оводов разъяснилась ближе к полудню: по склону из цирка поднимался олень — обычный северный олень, довольно крупный самец с хорошо развитыми рогами. Семен готов был поспорить, что он тут не один, и, конечно, не ошибся. Олени — почти исключительно самцы разных размеров и возрастов — неторопливо брели вверх по склону, пощипывая на пути редкую траву. Поднимались они целенаправленно, но довольно хаотично — по всему восточному склону цирка. Правда, на ту часть склона, где стояли каменные пирамидки хьюггов, заходить они избегали — забирали левее и продолжали свой неторопливый подъем.

Это движение продолжалось довольно долго — Семен досчитал до двух сотен, а потом бросил это занятие — в общем, их много. И все уходят по водоразделу куда-то к северу и там, вероятно, начинают спускаться, поскольку из виду исчезают. Постепенно оленей становилось все меньше и меньше, зато среди них стали появляться особи с совсем маленькими рогами и детеныши. «Важенки с молодняком, — догадался Семен. — Сейчас, наверное, пойдет вторая волна». Он не ошибся: коричнево-серые бока и спины оленей вновь заполнили весь склон.

Атаки оводов стали еще интенсивнее, и Семен счел за благо надеть рубаху. «Надо же, как интересно: этих зловредных мух полно, а вот комаров почти нет. Интересно, почему? Нельзя же сказать, что они совсем отсутствуют в биоценозах этого мира — есть они, родимые, но мало — с нашей Чукоткой никакого сравнения. Может быть, потому, что здесь, в общем-то, сухо? А наша тундра представляет собой, по сути, одно разросшееся от горизонта до горизонта болото?»

Активный ход оленей закончился где-то во второй половине дня. Животные, правда, не исчезли — здесь и там виднелись буровато-серые пятна отставших важенок. Сидеть Семену надоело отчаянно: хотелось есть, пить и спать. Собственно говоря, эти желания были с ним неразлучны, но при движении на все это можно было не обращать внимания, а когда нечего делать… «Одна радость — знакомых встретил. Олешки, похоже, совсем не изменились за тысячи лет. Ну, разве что в колхозных стадах они измельчали. Вряд ли в здешних местах происходят массовые сезонные миграции копытных, подобные миграциям североамериканских карибу. Считается, что их причиной является обилие летом кровососущих насекомых: из-за них весной оленям приходится покидать благодатную лесотундру и двигаться на открытые пространства поближе к морю, где дуют ветра. А здесь, кажется, условия иные, и происходят только локальные перемещения стад. Вот такое перемещение и имело место: небольшое — несколько тысяч голов — стадо перешло из одной речной системы в другую. А что делали хьюгги? Сооружали какие-то пирамидки из камней. Или, может быть, эти штуки тут уже были, и они их только немного подремонтировали? Кажется, нечто подобное описано Фарли Моуэтом из практики материковых эскимосов Канады. Иннуиты при помощи таких сооружений направляли потоки мигрирующих карибу в нужное место, в какую-нибудь узость, где и устраивали их забой. Вряд ли олени воспринимали этих „каменных людей“ как живых и пугались, скорее относили их к необычным проявлениям неживой природы и потому предпочитали сторониться. В стране Барренс карибу перли плотной массой, и пугала ставились на перешейках между озерами, где животным не было места для маневра. Но там забой производился из луков или ружей — то есть с приличного расстояния, поскольку живых людей олени боялись гораздо сильнее, чем „каменных“. Здесь же не тундра, а низкие горы, по которым олени ходят практически в любом направлении. Каменные пугала (если это действительно они) поставлены там, где идти удобнее всего, но они мало влияют на движение оленей. Когда животных становится слишком много, они преспокойно идут между столбами. Кроме того, никто на них, похоже, не нападает и не тревожит. Да и как их можно атаковать на водоразделе, не имея дальнобойного оружия? Уж на бросок-то копья они не подпустят — совершенно точно. Впрочем, может быть, это вовсе не охота, а какое-нибудь магическое действие?»

Когда последняя важенка скрылась из виду, Тирах молча поднялся на ноги. Вся компания последовала его примеру: встали, дружно справили малую нужду и, привычно выстраиваясь цепочкой, двинулись по водоразделу вслед ушедшим оленям. Надо сказать, что, пока они сидели, Семен довольно отчетливо ощущал исходящее от хьюггов чувство подавленности и страха. Появление оленей на него, кажется, совсем не повлияло, зато теперь они как бы радовались скорому избавлению от опасности. «И что им тут наверху так не нравится? — недоумевал Семен. И вдруг сообразил: — Да Змеиный Зуб же! Далекая остроконечная вершина отсюда просматривается как на ладони. Хьюгги же изо всех сил стараются держаться к ней спиной или, во всяком случае, не смотреть в ту сторону. Вот и сейчас идут, торопятся, а морды у всех повернуты вправо — не дай Бог зацепить взглядом! Вот чудики — нашли чего бояться! Если я соберусь от них убегать, то надо двигаться в ту сторону — уж точно не поймают!»