Победы, которых не было

На этот раз неприятель учел ошибки. Готовя нападение на СССР, германское командование не планировало активных действий против советского ВМФ, поскольку немецкий флот был полностью скован англичанами. Но когда стало ясно, что война затягивается, кое-какие авиационные части, натасканные специально для борьбы с кораблями, были переброшены с Запада на Черное море, получив задачу блокировать водные коммуникации «советов». Этого оказалось достаточно. Ни один из советских транспортов, отправленных с грузами для осажденных во время третьего штурма, не вернулся обратно. Погибло и много боевых кораблей, которые наши адмиралы, впав в отчаяние, пытались использовать в качестве грузовых. Так и не сумев организовать противовоздушную оборону конвоев, флотоводцы, в конце концов, по сути, бросили Севастополь на произвол судьбы.

Крепость пала в начале июля. Эвакуировать моряки сумели только командование и примерно 3 тысячи рядовых защитников города[370]. Остальные или погибли, или попали в плен. По немецким данным количество этих несчастных составило 100 тысяч человек. Германская армия также захватила трофеи — 622 орудия, 26 танков, 141 самолет[371].

В заключение стоит отметить, что отданное в последний момент Сталиным распоряжение об эвакуации остатков гарнизона даже сейчас используется большинством историков как аргумент в пользу мифа о «непобежденных севастопольцах», оставивших твердыню только по приказу Верховного. Хотя в свете уже общедоступной информации, вряд ли кто из сказочников всерьез сомневается в том, что если бы у «кремлевского горца» была хоть малейшая надежда удержать Севастополь, он без каких бы то ни было комплексов, обязал бы его защитников стоять насмерть.

«Канны» наоборот

Тем временем под Харьковом разыгралась еще одна — ничуть не меньшая по размерам трагедия. Здесь ни на кого из командиров не оказывал влияния дьявольский гений злобного Мехлиса, и советские войска первыми завершили подготовку к активным действиям. Но это им не помогло. Впрочем, обо всем по порядку.

12 мая перешел в наступление Юго-Западный фронт. Командовал им маршал С. К. Тимошенко, являвшийся к тому же по совместительству главкомом всего Юго-Западного направления, в которое входил еще Южный (генерал-лейтенант Р. Я. Малиновский) фронт. По замыслу операции, данным объединениям предписывалось окружить и уничтожить находившиеся перед ними германские соединения из группы армий «Юг» (фельдмаршал фон Бок), устроив им нечто вроде «гигантских Канн». Но Ганнибала из Тимошенко не получилось. Хотя 765 300 красноармейцам[372] противостояло менее 500 тысяч немцев, румын и венгров. Соотношение по боевой технике тоже было не в пользу Вермахта — 430 танков против по меньшей мере 1100[373].

Неприятель подождал, пока Тимошенко увязнет в боях, а затем 17 мая ударил под основание наступающей группировки. Уже через несколько часов немецкие «панцеры» прорвали оборону Южного фронта и начали давить его тыловые подразделения. Советский маршал бросил против них из резерва два кавалерийских (!!!) корпуса, а два танковых (тоже из резерва) послал на усиление все еще наступавших частей. То есть, отправил в готовый захлопнуться котел еще 300 машин! Если бы эта бронированная армада была повернута на наступающего противника, то разгрома, вполне возможно, удалось бы избежать. А так немецкие танкисты разогнали конников и 23 мая замкнули кольцо. В результате в окружение попало 27 дивизий и 14 бригад Юго-Западного и Южного фронтов. И хотя остаткам некоторых соединений с ожесточенными боями удалось вырваться из мышеловки, в плену оказалось 240 тысяч человек[374]. Немцы также захватили и уничтожили 2026 орудий, 1249 танков[375]. А потеряли в этом сражении ранеными и убитыми всего Около 20 тысяч солдат и офицеров[376].