Победы, которых не было

Прорвать советскую оборону намечалось на участке от Курска до Азовского моря. Для этого создавались две группы армий — «А» (фельдмаршал Лист) и «Б» (фельдмаршал фон Бок, которого вскоре сменил генерал-полковник фон Вейхс). Первая располагалась южнее и нацеливалась на Кавказ, вторая на Сталинград. Противостояли им пять фронтов — Брянский (генерал-лейтенант Ф. И. Голиков), Юго-Западный (маршал С. К Тимошенко), Южный (генерал-лейтенант Р. Я. Малиновский), Северо-Кавказский (маршал С. М. Буденный), Закавказский (генерал армии И. В. Тюленев) и Черноморский флот (вице-адмирал Ф. С. Октябрьский) с Азовской военной флотилией (контр-адмирал С. Г. Горшков). Об их численном соотношении уже рассказано выше. Кроме того, по официальным данным, к июлю 1942 года, помимо действующей армии, в резерве Ставки находились 10 общевойсковых армий, 1 танковая армия, 62 отдельные стрелковые дивизии, 4 отдельные стрелковые бригады, 3 кавалерийские дивизии, 5 отдельных танковых и механизированных корпусов, 1 отдельная авиационная дивизия, 3 отдельные авиационные бригады, 32 отдельных авиационных полка[399].

По самым скромным подсчетам их общая численность составляла не менее миллиона человек, до тысячи танков и столько же самолетов. То есть, чем обороняться, имелось. Другое дело, что с определением направления главного удара неприятеля сталинские стратеги опять ошиблись. В итоге резервы пришлось перекидывать в спешке, бросать в бой не единым кулаком, а частями, и необходимого многократного превосходства долго создать никак не удавалось.

Первой начала наступление группа армий «Б» — 28 июня она своим левым флангом, как кинжалом, вспорола оборону Брянского фронта. 50-километровая брешь даже на карте впечатляла. Сталин в тот же день приказал отправить к Голикову четыре танковых корпуса, сопроводив их гневной телеграммой: «Запомните хорошенько. У Вас теперь на фронте более 1000 танков, а у противника нет и 500…»[400]. Однако двукратный перевес был явно недостаточен, чтобы нейтрализовать германское превосходство в профессионализме. Усеяв курские поля остовами горящих советских «тридцатьчетверок», немцы за неделю прошли более 200 километров, форсировали Дон и ворвались в Воронеж.

Второй удар (но уже правым флангом группы «Б») был нанесен 30 июня по Юго-Западному фронту, который просопротивлялся не дольше соседа. Здесь 6 июля неприятель также вышел к Дону. В районе Старого Оскола оба клина сомкнулись, загнав в «котел» те соединения Тимошенко и Голикова, что не успели отойти (части 40-й и 21-й армий)[401].

8 июля двинулась на Восток и группа армий «А», тесня спешно откатывавшийся к устью Дона Южный фронт. Линия советской обороны рухнула на протяжении свыше 500 километров.

Дыру попытались заткнуть, бросив в мясорубку (вдобавок к войскам уже перечисленных выше фронтов) сразу девять новых армий (6-ю, 60-ю, 62-ю, 63-ю, 64-ю общевойсковые и 1-ю, 4-ю, 5-ю танковые, 1-ю истребительную авиационную), а также десятки отдельных дивизий и бригад, забирая их для этого даже с Дальнего Востока[402]. Но остановить противника не удалось. Группа «Б», повернув от Воронежа на юг и перемалывая выдвигаемые ей навстречу вновь прибывшие войска, устремилась по правому берегу Дона к Сталинграду. Группа «А» столь же быстро заняла Донбасс, пересекла большую излучину Дона, переправилась на его левый берег, и, гоня перед собой все возраставшее число полков Малиновского и Буденного, рванулась к Кавказу.

Краткая хроника тех дней достаточно красноречива. 16 июля — «котел» под Миллеровом (части 90-й и 38-й армий)[403], 17-го сдан Ворошиловград, 22-го Новочеркасск, 24-го Ростов, 28-го Сталин подписывает свой самый жуткий военный приказ № 227 «Ни шагу назад», узаконивший заградотряды и бессудные массовые расстрелы отступавших. Но и такая жесточайшая мера не повлияла на ход событий. 5 августа Красная Армия оставила врагу Ставрополь, 7-го Армавир, 9-го Пятигорск. 10-го немцы захватил и нефтяные вышки Майкопа — первое вожделенное месторождение «черного золота». 12 августа пали Краснодар и Элиста, 21-го знамя со свастикой взвилось над Эльбрусом, а 23-го германские танки севернее Сталинграда прорвались к Волге.