Походы Стефана Батория на Русь. 1580-1582 гг. Осада Пскова

Автор «Повести…» пишет: «Государевы же бояре и воеводы, и все ратные люди, и псковичи с ними тоже крепко и мужественно бились: одни под стеною с копьями стояли, стрельцы стреляли по врагам из пищалей, дети же боярские из луков стреляли, другие же бросали в них камни, остальные, кто как мог, помогал спасению града Пскова, И из орудий непрестанно по врагу стреляли и никак не давали сойти в город. Литовское же воинство упорно и настойчиво со стен, и из башен, и из бойниц беспрестанно стреляло по русскому воинству»[431].

Псковские пушки были направлены на Свинузскую башню, среди них выделялась 24‐фунтовая (150‐мм) осадная пищаль «Барс». В «Повести..» говорится: «С Похвальского раската из огромной пищали «Барс» ударили по Свиной башне, и не промахнулись, и множество воинов литовских в башне побили»[432].

Пиотровский, признавая факт обстрела, сообщает только о нескольких раненых: «Затем русские открыли пальбу по башне, где засели поляки, ядром сбили ее щит и крышу (до сих пор державшуюся на ней), так что она обрушилась на наши войска, стоявшие внизу: только, к счастью, не убила никого, а ранила нескольких»[433].

Ряд псковских историков предполагает, что Похвальский раскат находился на Романовой горке у церкви Похвала Пресвятой Богородицы. Расстояние от Романовой горки до Свинузской башни составляет около 700 метров. На такой дистанции ядро теряло свою разрушительную мощь и вряд ли могло обвалить даже поврежденные стены башни. А вот крыша вполне могла быть сбита с такого расстояния. Возможно, орудие было перемещено с Похвальского раската и установлено на прямую наводку в 50—100 метрах от Свинузской башни и тогда могло проявить свои стенобитные качества.

Несмотря на артиллерийский огонь, поляки не собирались сдаваться, продолжая вести огонь с разрушенной башни. Тогда по приказу Шуйского несколько русских воинов подкатили к ней несколько бочек с порохом. Первый взрыв не дал должного эффекта, и защитники крепости предприняли еще две атаки на башню, используя и порох, и зажженные факелы. Несмотря на потери, они все-таки подожгли башню и заставили поляков отступить.

Гейденштейн сообщает, что, покинув башню, поляки продолжали отбивать контратаки, но «под конец же, когда стали сами терпеть большие потери под перекрестными выстрелами неприятельских пушек с больверка, находившегося над рекой Великой, которого не возможно было разрушить в столь короткое время нашими пушками, то принуждены были совсем покинуть свою позицию»[434].

В латинском оригинале действительно написано об артиллерийском огне с больверка Velikano: «Quo curri tandem correpta nostri ferre ignem diutius non valentes primuin descendere: ad extremum etiam cum ex propugnaculo Velikano, quod e nostris tormentis tam breui tempore sterni non potuerat, ipsi transuersis hostilium tormentorum ictibus ferirentur, recipere se coacti fuerunt»[435]. Вероятно, речь идет об упомянутом ранее больверке, находившимся между Свинузской и Покровской башнями. Больверк, находившийся за Напольной стеной Окольного города, был бы вне досягаемости осадных батарей.

В документе «Распоряжения на случай приступа и краткий о нем отчет» приводятся следующие обстоятельства боя за Свинузскую башню: «…из которой был только один узкий ход в город, русские дважды подбрасывали порох, а в третий раз развели у самого основания такой огонь, что стали гореть все деревянные балки и связи: вследствие этого дан был сигнал к отступлению, причем и погибло до 50 человек»[436].

Вскоре со стороны центра города появилась необычная процессия во главе со всеми уважаемым игуменом Тихоном. Под звон колоколов и песни, смешанные с грохотом орудийных и ружейных выстрелов, к пролому из Троцкого собора были вынесены святая чудотворная икона успения Пречистой Богородицы Печерского монастыря вместе с другими чудотворными иконами и мощами благоверного князя Гавриила-Всеволода и другими святынями.

Среди процессии были Арсений Хвостов, Иона Наумов, Мартирий-игумен, которые до пострижения в монахи были детьми боярскими. Эти искусные воины, подбежав к пролому, громкими голосами от имени святых икон возвестили: «Не бойтесь, станем крепко и устремимся все вместе на литовскую силу! Богородица с милостью и защитой идет к нам на помощь со всеми святыми!»[437]

.

По-видимому, к моменту подхода процессии к пролому поляки были выбиты из Свинузской башни. Автор «Повести…» сообщает: «И по всему граду Пскову промчалась весть: «Всех литовских людей бог помог с городской стены сбить и перебить, а вам, оставшимся женам, велено, собравшись у пролома, идти за литовскими орудиями и оставшуюся литву добивать»[438].

Молодые и средних лет женщины несли оружие, чтобы добить уцелевших после приступа солдат противника. Женщины старшего возраста несли короткие веревки, чтобы утащить осадные орудия. Возможно, противник бежал от стен в такой панике, что воеводы рассчитывали захватить орудия.