Похоже, придется идти пешком. Дальнейшие мемуары

Современное общество не просто загоняет мужчину в жалкое бабье существование, но еще убеждает его всеми силами, что в этом проявляется подлинно мужское начало. И уже ясно, что общество, в котором мужчине будут говорить, что мужчина, не достигший величия, — это позорник, скорее всего, построит женщина. Она начинает презирать его за то, что он забыл, кто он, поддавшись на ее привычку убеждать его в чем-то другом. А он сидит и втыкает: как это — он же обустроил мир так, как она хотела, а она еще будет его за это презирать? Surprise, you fucking moron. Это вы сейчас тут сидите, рассуждаете, казнить нельзя помиловать, а женщина-диктатор не церемонится, всем раздаст. Поразительно, что в современной культуре образы грядущего расставлены, а все сидят, уши развесив, и не понимают, кто такая Лисбет Саландер. А кино — это интересные истории из жизни людей.

Я очень хорошо умею ухватывать зерно фильма, и принцип, что лежит в его основе, потому что у меня всегда при себе связка «ключей», которые срабатывают автоматически в голове. То, что я делаю, так интересно, что мне немного стыдно за бестактность, потому что все видели эти фильмы, и могут подумать, что моей целью является возвыситься над другими. В этой ситуации есть нечто неправильное; истина или то, что представляет какой-то ее отблеск, имеет отношение к ней, не должно попадать в контекст «А я, я тоже», из-за того, что пространство знания замусорено гордыней, точно так же, как человек не должен желать, как он желает сейчас, чтобы не появилось других людей, которые знали бы о кино больше; естественно для человека — желать, чтобы было больше людей, каждое слово которых хотелось бы слушать и внимать. Я знаю только одного такого человека, кроме себя. У меня накопилось таких отрывков, где я в двух-трех предложениях делаю это с новыми фильмами этого года, что, собственно, больше не о чем говорить, единственное, что я могу, это делать в сторону, откладывая до лучших времен.

Когда «Фильм социализм» в 2011 году выпущен в России на DVD, на передней обложке было написано «Последний фильм Годара, отказавшегося от премии Оскар за вклад в кинематограф!», а на задней: «Брак изображения и звука являются авторской задумкой!».

1-я симфония Терренса Малика, 2-я симфония Терренса Малика

цель, щель, канитель, Сен-Мишель, карусель, мель, постель

Хорошие времена настанут. Ну как — «хорошие»: никто не говорит, что отчаяние и ужас не будут нарастать; речь идет только о спасении. В принципе, ведь уже сейчас есть мнение, что любые времена лучше, чем сейчас, можно будет назвать «хорошими».

Положительное значение массового зрителя в том, что ему нет дела до прежней иерархии режиссеров, а это значит, что убедить следующего человека после массового будет легче, чем того, в ком она укоренилась. Вообще нужно понимать, что и сейчас мы движемся к миру, где не будет Кустурицы, Альмодовара, фон Трира, а вся мелюзга, которая вылезла на волне интереса к гребаному артхаусу, незначительна, раздуть из нее хотя бы одну величину не получалось и не получится. Все отомрет, освободив путь для классической эстетики и морали, ибо у мира не будет другого пути к спасению к середине 20-х годов XXI века.

Возрождение невинности будет подразумевать появление на экранах женщин, подобных образам голливудских див того времени, когда женщина была далеким идеалом, и удерживать женщину в стадии неприкасаемой. Это одна из форм аристократического правления — демонстрация идеального образа.

Страна, которая будет обладать метафизическим оружием, будет выдвигать свои условия для всех, кто не имел его. И вот интересно: будет ли новая волна колониализма, когда маленькие страны с удовольствием отдадут свою независимость «агрессору», чтобы тот защитил от набегов таких же варваров-соседей.

Центр киноиндустрии, кинообразования, всей кинематографической жизни нужно срочно убирать из Москвы. Потому что иначе всем трындец.

Обама столкнулся с самым высоким уровнем безработицы за всю историю своей страны, начиная с моментов ее становления, и понятным образом был вынужден применить к нему приемы welfare политики. Человеку начала 2010-х годов было все еще не до величия трансцендентного, когда среди молодых людей в США и во всем мире появлялись эти идеи. Ну а в 2012 году случилось то, что и должно было, наверное, также: Обама стал президентом Кеннеди следующего полустолетия.

Уже довольно скоро вырастут люди, для которых все эти имена не будут означать ничего, никакая их мода не заставит их следовать этому, и, глядя на позднего Кустурицу или почти всего Альмодовара, они будут говорить: «Что это такое? Это нравилось?», поражаясь упадку человечества на рубеже ХХ-XXI века.

Все это произошло затем, чтобы пришло потом понимание того, что в XXI веке государству следовало бы заниматься не социальными программами, а спасением бессмертной души — минимизацией мест, где она может быть поймана в сети, что и так непросто, учитывая женский пол.

Асексуальная революция.