Не про жену, не про женщину, а про то, что находится ниже спины.
Анна сделала вид, что не расслышала, но сильно смутилась. А как же жена, двое детей? Да и вообще она ему в дочки годится.
Но потом были звонки, стихи, ухаживания. Как это прекратить? Анна сказала ему, что пока не готова ко всему этому. Он обещал подождать.
Через какое-то время он позвал ее поговорить. Она вышла к нему. Он сказал, что жить без нее не может, любит, хочет… другими словами, предлагал стать любовницей.
Анне не хотелось его обидеть, и она ему сказала, что не хочет увидеть свое фото вместе с ним в газете с громким заголовком о том, что у N появилась молодая любовница. На том и расстались. Но остались друзьями.
В тот день я услышала страшные взрывы. Я не сразу поняла, в чем дело. Оказалось, что горит склад боеприпасов в Пугачево в Малопургинском районе. До нас доносились лишь отголоски, а вот жители того района побывали в настоящем фильме ужасов.
Несколько лет назад они вместе с мужем и двумя детьми переехали из небольшой комнатушки столицы Удмуртии в огромный двухэтажный особняк в селе Малая Пурга. Елена с улыбкой вспоминает, как они решали квартирный вопрос:
– Я еще лежала в роддоме со своей новорожденной доченькой Варюшей. Муж звонит и говорит: «Едем жить в деревню!» Я была не против. Тем более, тогда думала, что эта «командировка» – только на время декретного отпуска, а получилось – навсегда.
Так городская семья начала осваивать прелести сельской жизни. Мужу было совершенно безразлично, где жить, – лишь бы в доме царила теплая дружная обстановка. Да и работал он в нескольких километрах от Ижевска – так что до Малой Пурги расстояние было то же.
– Гром, – отвечает он на вопросительные взгляды жены и сына, спустившегося следом за мамой.
Он все-таки поднимается на второй этаж, чтобы успокоить и уложить спать своих домочадцев. Но тут же снова раздается взрыв…
На военном арсенале в Пугачево произошло возгорание, вовремя пожар не удалось потушить, и боеприпасы, которые хранились на военном складе, начали взрываться. Эти звуки и услышала семья Манойловых.
– Я смотрю передачи про пугачевские события, и слезы наворачиваются. А тогда, спроси меня, страшно ли было, я бы не ответила. Я не отдавала себе отчета в происходящем. В состоянии аффекта собрала сумку с документами, разбудила бабушку и дочку, взяли котенка – жалко малыша стало. В чем были одеты, в том и сели в машину и поехали. Куда? В Ижевск, к маме…
Мама для Елены – настоящая опора в жизни. Как она сама шутит, Любовь Александровна – и мама, и папа в одном лице (отец ушел из семьи, когда Лена еще не родилась). Эта боевая женщина сразу после окончания сельскохозяйственной академии с малолетней Леной на руках (Елене тогда было четыре года) устремилась покорять север. Они переехали из Ижевска в Архангельскую область, в Мезенский район, в небольшой портовый поселок Каменка.
80-годы… во многих городах России – страшный дефицит, пустые прилавки в магазинах и гречка по талонам. В портовом же поселке было все. Там стояли американские суда, была закрытая зона. В магазинах полки ломились от яств: тушенка, сгущенка, огурцы, помидоры маринованные, фрукты, шоколадные батончики.
– Мы жили, как в раю! Зайду, бывало, к маме после школы: ну что, пообедаем? Покупали скумбрию горячего копчения с буханкой хлеба. И были сыты! Мама, преподаватель, частенько с учениками ездила за границу – все ведь близко. Я в эти дни оставалась у соседей и с нетерпением ждала маминого приезда. Она всегда из заграничных поездок привозила гостиницы: красивую модную одежду, шоколадные конфеты и игрушки. В Ижевске у нас оставались бабушка с дедушкой. Мы им постоянно отправляли посылки с дефицитными продуктами: тушенку, сгущенку, конфеты. 3ато они нам отправляли варенье: малиновое, смородиновое, вишневое – в общем, то, чего не было у нас.