Покинутые. Правдивые истории о трагических судьбах и поиске счастья

– Да, что вы, что вы! Сама не понимаю, зачем ему столько татуировок. Говорит, что нравится. Я не лезу, взрослый же человек, сам решает, что делать.

Мы с подругой заселились в одну из комнат. Сын хозяйки квартиры жил в другой. Его звали Александр. Саша. Мы пытались ему «выкать».

– Вы что, девчонки, со мной на «ты» можно, мне ж еще тридцатник даже не стукнул.

– Хорошо, Саш… – кивнула подруга.

Нам, семнадцатилетним девчонкам, он казался очень взрослым. Он часто заходил к нам поболтать о жизни. Наблюдал за тем, как мы дурачимся. Дети ж совсем.

– А можно вопрос? – однажды спросила подруга.

– Валяй, – расплылся в улыбке Санек.

– По какой сидел? – неожиданно и немного грубовато спросила Настя. Я даже обалдела от таких ее познаний. Я – доверчивая, нам же сказали, что не сидел. Я поверила. А от этого вопроса я резко напряглась.

– По 161-й… не переживайте, это ж за кражу. Никаких убийств и изнасилований. По глупости с парнями…

Я долго переваривала информацию. А потом спросила Настю, когда он ушел:

– Откуда ты знаешь?

– У него синие перстни на руках, они бывают только у сидевших. Каждый из них что-то означает, то ли статью, то ли за что сидел…

– Я никогда об этом даже не задумывалась…

Настя школьницей вращалась в компашках, где кумирами были герои «Бригады» и «Бумера». А еще и отец ее подруги состоял когда-то в криминальной группировке. Поэтому про криминальные 90-е она знала все.

– А почему ты сразу не сказала, что он сидел?

– Я боялась, что ты пожалуешься маме. Моя бы точно сразу запаниковала. Она очень беспокойная. Обещаешь, что никому не расскажешь?

– Честно, никому не скажу. – Я хотела доказать, что мне можно доверить любой секрет. Что я прям могила и ни-ни, ни единой душе.

Настя мне казалась очень взрослой и серьезной. Я Саньку что-то щебетала про дом, про родителей, про учебу, при этом звонко хихикала. А она с ним вела какие-то очень мудрые недетские беседы.

– Санек говорит, что ты странная, – однажды заметила она. – Говорит, что у тебя в одном месте до сих пор детство играет.

– Ну хорошо, постараюсь быть серьезнее, – с обидой в голосе пробурчала я.

– Знаешь, мне кажется, что я ему нравлюсь. У меня еще не было таких взрослых поклонников.

– И ты бы захотела с ним встречаться? Ему же 29 лет. Он старый для тебя!

– Ну, не знаю. Посмотрю, что дальше будет.

Как-то ночью мы услышали странные звуки, сердитый шепот тети Тани, ругань Санька, жалобы, как ему тяжело. Санек вернулся с гулянки. Я случайно услышала их разговор. Оказалось, что он отравился паленой водкой и сжег желудок. Блевал до крови. Только через двое суток ему полегчало.

– Девочки, если будут звонить Саше, пожалуйста, говорите, что он здесь не живет, – попросила тетя Таня.

– А что случилось?

– Да дружки его бывшие все его подбивают на старые делишки. Я так устала! Когда он за голову возьмется? Женить бы его.

Оказывается, когда-то Санек уже был женат. Даже дочка есть. Но что-то пошло не так. Об этом мы узнали, когда разглядывали их семейный альбом. На одной из фотографий сидели парень с девушкой и маленькой девчушкой. У парня не было лица – вырезано из фото лезвием.

– Это я со своими. Бывшая психанула на меня и из всех фоток меня вырезала. Чтоб дочка не знала лица своего бати, говорит.

– А сейчас как? Видитесь с дочкой?

– Не-а, она не разрешает.

– Скучаешь?

– Ну да, вроде…

– А сейчас кто-то есть?

– Ну, встречаемся тут с одной…

Вскоре мы нашли квартиру поближе к университету, где мы учились, и решили съехать. Тетя Таня даже немного всплакнула: привыкла к нам. Она часто делилась с нами рассказами о своей жизни. Призналась, что в молодости мечтала стать актрисой и даже показывала фото с проб в кино. Но в итоге не рискнула, ушла в торговлю. А там все как у всех: вышла замуж, родила ребенка. Санек – единственный сын. Избаловали. Она говорила, что деньги у них водились, все у него было, но связался с бандой и покатился по наклонной.

Мы пообещали, что будем ее навещать. Слово свое сдержали. Вскоре после того, как обосновались в новой квартире, приехали к ней в гости. По дороге купили огромный арбуз и тащили вдвоем до дома тети Тани от самой остановки.

Дверь нам открыл Санек. Он расплылся в улыбке:

– Привет, девчонки!

– Привет, мы к Татьяне Анатольевне!

– Мать! Ты что у нас, Анатольевна, что ль? К тебе гости.

Мы помыли арбуз. А тетя Таня нажарила нам вкуснейших пирожков с капустой.

– Кушайте-кушайте! Мне много жареного нельзя. У меня ведь рак желудка обнаружили год назад, прооперировали, опухоль вырезали. Тьфу-тьфу, вроде все обошлось. Теперь диеты придерживаюсь и ферменты пью. Но порой удержаться не могу от чего-нибудь вкусненького.

Мы долго болтали, а потом засобирались домой. Пригласили и к нам в гости. Оставили номер телефона квартиры и адрес.

С тех пор прошел месяц. Однажды в квартире раздался звонок. Это был Санек.

– А можно к вам в гости?

– Конечно, приходи!

И вот спустя пару часов он стоял на пороге нашей квартиры. Выглядел очень взволнованно. Теребил в руках какую-то бумагу. Оказалось, конвертик.

Мы суетились на кухне.

– Ой, оказывается, у нас сахар закончился…

– Ну ничего, я и без сахара попью.