<p><strong>ПОЛДЕНЬ, XXI ВЕК</strong></p><empty-line/><p><strong>ИЮЛЬ (55) 2009</strong></p><empty-line/><image l:href="#i_002.jpg"/>

<p>Колонка дежурного по номеру</p>

Отстегните ремни. Полет продолжается. Все бортовые системы, будем надеяться, функционируют нормально.

В иллюминаторы бьет беззакатный, ослепительно-однообразный абсурд.

Не пора ли освежить мозг чем-нибудь холодненьким, странненьким?

Наша компания предлагает новый набор оригинальных сюжетцев в удобной упаковке.

Буквально в каждом — привкус иллюзии, полезной, как мультивитамин: что Зло будто бы имеет причину, которая в принципе-то поддавалась бы разгадке, будь люди в своей массе поумней.

Почему бы и нет, собственно. Как РНК в первобытной, доисторической грязной луже образовалось не с бухты-барахты, но с неизбежностью, вытекающей из вероятности: случайные молекулы под случайным ударом жесткого излучения либо случайного же электрического разряда вцепились от страха друг в дружку — и склещились на миллиарды лет.

Только что доказано профессорами Манчестерского университета. Которым — Джону Сазерленду (John Sutherland) и др. — за это светит, говорят, Нобелевская. Впрочем, посмотрим.

А не впади эти самые молекулы — гликольальдегид какой-нибудь или глицеральдегид — в неконтролируемую панику; не прижмись они к цианацетилену и цианамиду, обнявшись крепче двух друзей; не окажись в луже откуда ни возьмись граммулька фосфорной кислоты; да не попади одна из молний в лужу столь содержательную — глядишь, и не было бы на планете Земля ни жизни, ни, стало быть, Зла.

Которые, так надо понимать, в тот самый момент в той самой луже и возникли. Как реакция отдельных частиц на безответственное поведение Целого. Как наш ответ равнодушной Природе. Спастись из пространственного Хаоса—хоть краешком самих себя уйдя во Время. Сложившись, склеившись в некую фигуру, способную повторяться. Составившись, так сказать, точками — в тире между началом и концом.

Не исключено, что и все-то бытие произошло просто от страха ничего перед ничем. Страх и есть чувство реальности. Т. е. прообраз сознания, пра-, извините, ядро интеллекта. Т. н. натурального — и, конечно, т. н. искусственного, который, как рассказано в одной из предлагаемых ниже статей, якобы вскорости нас всех подомнет. Производя Зло, абсолютно очищенное от глупости. Сугубо для предотвращения всех других зол. То-то весело будет.

Самуил Лурье

<empty-line/><p>Истории </p><p>Образы  </p><p>Фантазии</p><empty-line/><image l:href="#i_003.jpg"/><empty-line/><image l:href="#i_004.jpg"/><empty-line/>

<p><strong>АРЦУН АКОПЯН</strong></p><p><strong>Работорговец поневоле</strong></p><p><emphasis>Рассказ</emphasis></p>

Послушай, какое объявление: «Продаю машину времени б/у в хорошем состоянии, налет сто тысяч лет. Звонить вечером». Дураков ищут, аферюги!

Людмила перестала втирать коричневый скраб в свой высокий белый лоб. Уперлась взглядом в отражение Виталика.

— Звони!

— Зачем? Сообщить, что я — тот дурак, которого они искали?

— Про себя можешь не рассказывать. Просто спроси, почем машина.

— Представляю, какую они цену заломят... Может, лучше скатерть-самобранку возьмем? Жрать охота!

— Потерпишь еще. Звони-и!!!

Сердце екнуло. Откуда у нее, обыкновенной бухгалтерши, такой командный голос? Виталик соскочил с дивана, как кузнечик, даром что под сто кило весит. Подошел к аппарату, потыкал кнопки.

— Алло! Это вы машину времени продаете?

Ответил хриплый баритон с легким ассирийским акцентом:

— Я! Покупай, о персик моих очей!

Офигеть, подумал Виталик. Ассирии уже почти три тыщи лет нет на карте, а с ее гражданином можно до сих по телефону поболтать! Кстати, мне-то откуда знать, что это за акцент? Древние ассирийцы на рынке персиками не торгуют!

— Почем?

— Пятнадцать тысяч рублей.

Цена средненького мобильника. Для машины времени почти даром. А акцент у мужика теперь вроде как не ассирийский, а новгородский. Одиннадцатого-двенадцатого века примерно... после рождества Христова. Свой человек, значит. Обдурит по-свойски и не извинится!

— Сколько сбросишь?

— Нэсколька, дарагой. Сам за пытнадцать штук брал!

Это уже почти по-армянски, времен государства Урарту. Где-то восьмой-седьмой век до нашей эры, не позже. Но все равно родственник — если не от Адама по отцовской линии, то от Евы по материнской.

— Лады. Ну а как бы мне машинку в работе посмотреть?

— Не п’гоблема, — с французским прононсом. — Записывай адрес.

Виталик положил телефон на базу и показал бумажку Людмиле.

Она коротко кивнула:

— Поезжай!