Поле боя — Америка. Родина или смерть!

Это был совершенно новый тип аппарата, сильно отличавшийся от обычной изогнутой оптической трубы. Его объектив был «глазом» телекамеры, которая автоматически сканировала горизонт и передавала изображение по оптико-волоконному кабелю одновременно в прицельный окуляр и на экран дисплея боевой информационно-управляющей системы. Кроме того, цифровую картинку можно было сразу же обрабатывать или пересылать на компьютеры. Компактное устройство перископа позволило на той же штанге разместить и антенны различного назначения. Впервые подобный перископ стали использовать американские подводники, а их русские коллеги усовершенствовали и повысили надежность такой системы.

Капитан «Северстали» тщательно осматривал горизонт, в то время как операторы радиолокационной станции кругового обзора сканировали окрестности. В море рушились ледяные глыбы, не самая большая из которых была размером с девятиэтажный дом, поэтому от команды атомного подводного крейсера требовались повышенное внимание и осторожность. Повторять печальную судьбу «Титаника» здесь никто не собирался.

— Внимание, расчетное время связи со спутником, — доложил штурман.

— БЧ-4,[21] докладывает в центральный пост, кодированное сообщение со спутника получено.

— Говорит штурман Строгов, астроориентирование невозможно по причине низкой облачности.

— Понятно. Уходим на глубину… — Капитан первого ранга Славин развернул перископ. — О, черт! Срочное погружение! Убрать перископ. Принять балласт, рулевой — дифферент на нос десять градусов.

Один из айсбергов, этих «ледяных бродяг», с приличной скоростью надвигался на подлодку. Пол внезапно ушел из-под ног людей, «Северсталь» практически пикировала, чтобы уйти от столкновения. На лодке почувствовали несильный толчок и скрежет льда по легкому корпусу подводного крейсера. Ледяная гора, скрытая под водой на две трети, «погладила» тяжелый атомный подводный крейсер своей жесткой «дланью».

Схватившись за скобу в центральном посту, капитан следил за действиями рулевых.

— Внимание! Всем осмотреться в отсеках. Доложить о повреждениях!

— Торпедный отсек, повреждений нет.

— Второй отсек, все нормально…

— …Девятый отсек, все нормально, герметичность не нарушена.

Капитан Вячеслав Славин глянул на секретный бланк расшифровки спутникового сообщения — из штаба ВМС России пришло подтверждение их боевого задания.

— Погружаемся на глубину сто пятьдесят метров, курс сто двадцать градусов. Занимаем боевую позицию в точке с заданными географическими координатами.

Глава 14КРАСНОЗВЕЗДНЫЙ ЭСКОРТ

Они находились за многие тысячи морских миль от дома — сто шестьдесят человек, крохотный уголок России во враждебной ледяной мгле, у самых берегов потенциального противника — Соединенных Штатов Америки. Они были героями, но если бы их спросили об этом — то ответом стала бы ироничная усмешка и крылатая фраза: «Высшая награда — забыли наказать». Они просто делали свое дело.

В стальном чреве «Акулы» ее экипаж нес незримую, безмолвную вахту. Чуть больше полутора сотен абсолютно разных людей сплотили единая цель и железная дисциплина.

В навигационном посту штурман Строгов уточнял крайние условия выполнения задания. За последние трое суток команда штурманов, метеорологов и гидрологов спала не больше четырех часов. Все остальное время они вместе с летчиками прорабатывали предстоящее полетное задание. И вот — все готово.

* * *

Капитан первого в мире тяжелого атомного подводного авианесущего крейсера Вячеслав Славин отдает команду:

— Боевая тревога! По местам стоять, к всплытию! Технической команде — подготовить самолеты к пуску! Экипажам истребителей-бомбардировщиков — занять свои места в кабинах! Убрать носовые рули!

Атмосфера внутри «Северстали» наэлектризована до предела, но все четко выполняют свои обязанности Под грохот ботинок по настилам и трапам, щелчки захлопывающихся кремальер и штурвалов люков, звуки боевой сирены и мигание красных сигнальных плафонов экипаж отрабатывает необходимые операции.

Майор Ветров вместе со своим штурманом, уже одетые в доспехи специальных гермокостюмов, протискиваются по узкому лазу катапульты в кабину уже «заряженного» Су-34ПЛ. Командир стартовой команды уже в сотый раз проверяет готовность катапульты. «Технари» споро убирают блоки тестовых приборов из гнезд транспортно-технических модулей, в то время как летные экипажи облачаются в высотно-компенсирующие герметичные комбинезоны.

Помощник штурмана внимательно следит за показаниями эхоледомера:

— Толщина льда три, три и два, два с половиной метра. Можно проламывать!

Капитан Славин весь словно натянутая струна. Сейчас он руководит рулевыми, а у тех задача та еще: массивной рубкой атомохода осторожно стесать неровности ледяной корки, подойти вплотную и «прижаться» к замерзшему панцирю носом и рубкой огромной подводной лодки.

— Приготовиться к всплытию! Продуть среднюю!