Полибий и его герои

На северо-запад от Пелопоннеса через пролив лежала горная страна Этолия. Эти места овеяны были поэтическими легендами. Именно здесь, в этих горах собрались некогда все герои Эллады для Калидонской охоты. Здесь Геракл боролся с чудовищным богом реки Ахелоя и сломал ему рог. В теперешнее же, отнюдь не поэтическое время страну занимала Этолийская федерация. Этоляне были дерзки, отважны, свободолюбивы; государство их было очень демократично, поэтому ими восхищались многие ученые Нового времени. К несчастью, древние обитатели Пелопоннеса не могли разделить этого восхищения. Дело в том, что этоляне были невыносимы как соседи. Это были профессиональные разбойники и пираты. Они наводили ужас на Грецию. Совсем недавно они нагрянули на Спарту и угнали 50 тысяч человек. Даже далекие афиняне молили богов избавить их от этолийского сфинкса, «который держит в своих когтях уже не одни Фивы, а всю Элладу» (Athen. VI, 253 Е). Как и все эллины, этоляне свято чтили законы. Поэтому они предусмотрительно вписали в свою конституцию закон, что они могут грабить кого угодно (Polyb. XVIII, 4,8–5,1–3). Больше всех страдали от этолян, конечно, ахейцы. Их отделял от предприимчивых соседей узкий Коринфский залив. Из своих прибрежных городов они прекрасно видели окутанные тучами горы Этолии. В одном месте, недалеко от ахейского города Патры, берега сходятся так близко, что между ними сейчас перекинут мост, соединяющий два мыса — Рион с ахейской стороны и Антирион с этолийской. В этом-то месте этоляне обыкновенно переправлялись, когда решали наведаться в Пелопоннес.

Общеэллинский мир поставил этолян в самое затруднительное положение. Они уже давно «привыкли жить насчет соседей, — объясняет Полибий, — а потребности их при врожденной кичливости были велики; она-то и побуждает их постоянно вести хищнический, дикий образ жизни; никого не считают они другом себе; напротив, во всех видят врагов» (IV, 3, 1). Ничего удивительного, что вскоре, как всегда, вокруг этолян вихрем закружилась новая смута. Началось все так.

На юго-западе Пелопоннеса находилась Мессения. Мессенцы были народом смирным и робким. Полибий считает, что такими сделало их долгое иго Спарты. Они старались не мешаться в эллинские распри и держались особняком. Членами Ахейского союза мессенцы не были, а потому их страна была единственной землей Пелопоннеса, не разоренной Клеоменовой войной. Мессенцы были в союзе с этолянами. Однажды этолийский удалец Доримах расположился на границах Мессении. Вид мирных полей с движущимися по ним стадами пленил Доримаха. Он не мог более противиться искушению, договорился с пиратами, и они стали ночами угонять у мессенцев скот. Под конец они так увлеклись, что стали среди бела дня врываться в дома и грабить.

Несчастные ограбленные мессенцы пробовали было жаловаться. Но Доримах отвечал на все их претензии веселым смехом. Однажды он лично явился к ним на собрание. Доведенные до отчаяния мессенцы окружили его и кричали, чтобы он вернул им их добро. А один уважаемый гражданин даже посоветовал задержать Доримаха и не выпускать его, пока он не вернет награбленное. Отовсюду слышались весьма нелестные эпитеты по адресу этолянина. Доримах обиделся. Он торжественно объявил, что в его лице оскорблен весь демократический этолийский народ. Вернувшись, он стал уговаривать этолян объявить мессенцам войну. Поводов к войне не было ни малейших. Поэтому в другое время этоляне не обратили бы особого внимания на оскорбленные чувства Доримаха. Но сейчас они так тяготились миром, что рады были ухватиться на любой предлог, лишь бы начать поскорее войну (IV, 3–5). Этоляне быстро собрались, переправились через пролив и двинулись на мессенцев. Им нужно было пройти весь Пелопоннес, т. е. территорию ахейцев. Сперва они решили показать ахейцам свое благородство и даже не касаться имущества живущих на их пути народов. Но как-то так случилось, что они не удержались и грабили все, что видели. Затем они нагрянули на мессенцев.

Ахейцы онемели от наглости этолян. Они совершенно спокойно ходили по их территории, гнали по ней людей и скот и даже не думали просить у них разрешения. А тут явились послы мессенцев и стали умолять защитить их от разбойников этолян. Арат был очень доволен. Он давно хотел несколько приструнить этолян, которые стали в последнее время вести себя невозможно. Поэтому он обещал помочь мессенцам. Итак, ахейская армия выступила против захватчиков. Увы! Случилось то, что случалось всегда, когда Арат командовал войском. Ахейцы были разбиты. Этоляне веселые, довольные, нагруженные добычей, спокойно вернулись домой (IV, 6–13).