Полюби лучшее в себе и худшее в других. Книга прощения, принятия и обретения спокойствия

Это обсуждение «я» и его уровней и слоев можно было бы продолжить, используя сложные исследования и критические метафизические рассуждения, разработанные в буддийских монастырских школах Индии и Тибета, но для наших целей достаточно сказать, что, согласно традиции индийской и тибетской науки о разуме, постоянной, абсолютной (безотносительной), неизменной сущности, называемой «душой», «я» или «идентичностью», не существует; наша вера в то, что мы имеем неизменную идентичность, является иллюзией, Очевидно, что иллюзия не может участвовать в социальных, обусловленных процессах действия – думать, говорить, физически двигаться, Шантидэва утверждает, что если бы «я» было постоянным (как утверждают некоторые школы индийской философии), то оно было бы неспособно ничего делать, ведь как оно могло бы действовать, не меняя себя? Абсурдным следствием этого, по его мнению, является то, что даже пустое пространство пришлось бы считать «я», поскольку пространство явно неизменно и неактивно.

Критическое понимание того, что враг не обладает абсолютным «я», способным к сознательной деятельности, придает силы терпению, поскольку освобождает нас от необходимости конкретизировать целую структуру, в рамках которой гнев может управлять нами, – структуру, построенную на «реальном я» врага, его сознательном вреде и нашей реальной потребности в мести. Но все это лишь идеи, привычные конструкции, возникающие в нашем эмпирическом сознании. Мы больше не должны терпеть всю эту драму взаимного причинения вреда и мести, разыгрываемую между нашим «я» и «я» нашего врага. Понимая лишь их предполагаемую объективность, мы можем освободиться от мнимой неизбежности того, что происходит и что мы должны с этим делать, И по мере того как ослабевает наша слепая убежденность в намерениях противника и наше состояние обиды, мы достигаем иного уровня устойчивости и гибкости в реагировании, Если раньше нам казалось, что нам остается только злиться на обиду, то теперь мы можем проявить терпение и выдержку, поскольку смогли взглянуть на внешние обстоятельства и наши собственные переживания под разными углами. Когда мы перестаем считать свое восприятие объективным, мы можем отнестись к происходящему критически и не огорчаться, если что-то идет не по плану, или же действовать адекватно.

Воспитав в себе осознанное терпение, мы не допустим, чтобы наше разочарование переросло в гнев.

Воспитав в себе осознанное терпение, мы не допустим, чтобы наше разочарование переросло в гнев. Мы научимся ждать, когда условия созреют и начнут приносить плоды. Мы больше не будем неизбежно видеть в людях и ситуациях врагов; мы сможем спокойно и хладнокровно взаимодействовать с ними так, чтобы и они пошли нам навстречу.

В конечном счете никто не хочет страдать: ни мы, ни наши друзья, ни наши враги. Если бы люди всегда поступали рационально, никто бы не страдал. Но пока мы находимся в плену своего гнева, мы так и будем порождать причины, которые ведут к нежелательным последствиям.

Поборов свою зависимость от гнева, вы начинаете видеть, насколько беспомощны все существа, даже ваши враги. Вы осознаете, что причины страданий лежат в заблуждениях и психических зависимостях, в лапы к которым попадают люди, лишаясь свободы выбора и воли. Нелегко начать испытывать сострадание к человеку, который пытается причинить вам вред. Вполне понятно, если вы окажетесь в плену реакции «бей или беги». Более того, вам, возможно, придется защищаться, и тогда у вас не останется времени на сочувствие к нападающему. Но зачем срываться на гнев? Поберегите свою энергию для того, чтобы придумать наиболее эффективный рациональный ответ, который позволит избежать вреда, или чтобы найти наиболее действенное средство остудить пыл противника.

Теперь, когда вы знаете, что ваш враг – всего лишь инструмент его собственного гнева, вы можете злиться только на ту психическую зависимость, которая им движет. Вы можете злиться на его гнев, на само чувство гнева. Ваш гнев на гнев фактически становится энергией терпимости.

Исцеление через трудности

В момент отчаяния, когда я чувствовала себя оторванной от всего хорошего, что было в моей жизни, мне очень помогло то, что написал поэт-модернист Райнер Рильке в «Письмах к молодому поэту», чтобы успокоить огорченного юношу: «И Вы <…> не должны бояться, если на Вашем пути встает печаль, такая большая, какой Вы еще никогда не видали <…> Вы должны помнить <…> что жизнь не забыла Вас».