Полоцкая война. Очерки истории русско-литовского противостояния времен Ивана Грозного. 1562-1570

Хитрую интригу попытался закрутить Сигизмунд. С одной стороны, он своим посланием демонстрировал непреклонность и убежденность в своей правоте, обвиняя Ивана в нежелании разрешить дело миром. С другой же стороны, король, не желая напрямую обращаться к своему «брату», попытался якобы от имени Воловича изобразить готовность продлить перемирие еще на несколько месяцев для того, чтобы обменяться посланниками и еще раз попытаться обойтись без кровопролития. Насколько искренним был король в этом своем желании? Представляется, что нинасколько, его цель заключалась только лишь в том, чтобы отсрочить начало войны. Июль, а тем более август – уже лето, скоро осень, распутица, и воевать будет уже поздно, а вот время для военных приготовлений, которые шли ни шатко ни валко¹²⁶, будет выиграно. Но что еще более важно, в Вильно рассчитывали привлечь к действиям против московского государя крымского хана. Еще в октябре 1560 г. Сигизмунд послал в Крым своего дворянина Г. Кайдаша с письмом, в котором писал «царю» о том сожалении, которое он испытал, узнав, что ханский сын, наследник-калга Мухаммед-Гирей, не дошел до земель московского «и никоторая ся шкода и сказа земли оного неприятеля не стала»¹²⁷. Московский же государь, продолжал Сигизмунд, воспользовавшись этим, послал свое войско в Ливонию «и всю оную землю, обороне нашой подданную воюет и места поседает». «Нам до вышъстья перемирия, – продолжал король, – для нарушения присяги, обороны той земли казати чинити негодиться», а «брату» нашему как раз наоборот, «погода и час есть», поскольку общий враг и Литвы, и Крыма, московский государь, «силы свои, мало не вей, до тое земли Ифлянтъское обернул и там, в том край с поля людей великих мети не может». И в знак дружбы и готовности выполнить союзнический долг не мог бы крымский «царь» сам лично возглавить татарское войско в походе на Русскую землю?¹²⁸

Хитрый крымский «царь» Девлет-Гирей I, однако, не торопился исполнять свою «обетницу». Он с удовольствием играл роль «третьего радующегося» и уж совершенно точно не собирался таскать каштаны из огня для короля. К тому же в 1560 г. русское наступление на Крым все еще продолжалось, и хан не рискнул выступить в поход, имея угрозу и со стороны Днепра, и со стороны Дона, ограничившись отиравкой в Поле небольших отрядов, имевших задачу прощупать русскую оборону на крымской «украйне». Ив 1561 г. хан не торопился демонстрировать свою «приязнь» Сигизмунду, а вместо этого прислал Ивану Грозному своего гонца с малым «поминком», аргамаком, демонстрируя тем самым желание продолжить контакты с Москвой¹²⁹.

В Москве знали и о пересылках между Вильно и Бахчисараем, и о том, что Сигизмунд пытается натравить Девлет-Гирея I на Русскую землю. Об этом Иван прямо писал в ответной грамоте королю, которую должен был доставить Корсак (к ней была приложена копия послания Сигизмунда Девлет-Гирею, изъятая у литовских гонцов воеводой Данилой Адашевым на днепровском перевозе¹³⁰, с предложением хану организовать поход татарских ратей на Русскую землю)¹³¹. В общем, в Москве не заблуждались относительно действительных целей посольства Корсака. Отправляя его обратно 12 апреля 1562 г., Иван строго-настрого наказал приставам Менынику Проестеву и Андрею Мясному следить за тем, чтобы «с литовским посланником не говорил никто; а кто учнет с литовским посланником и с его людми говорити тайно, и Меншому и Ондрею того изымав прислати к Москве»¹³². Одним словом, последняя попытка Сигизмунда отсрочить начало войны успеха не имела. Москва, убедившись в нежелании Вильно идти на компромисс, не видела сколько-нибудь стоящих причин откладывать начало войны.

2. Начало боевых действий

Каков был план действий царских ратей на кампанию 1562 г.? При сопоставлении сведений из летописей и разрядных книг складывается следующая картина. Группировка русских войск на литовском «фронте» состояла из трех «эшелонов». Первый «эшелон» включал в себя две рати – смоленскую и стародубскую. Пока они опустошали Литву, в Великих Луках, Холме и Дорогобуже собирались полки второго эшелона. Ну а за первым и вторым «эшелонами» в поход должен был выступить сам Иван Грозный¹³³. При этом часть сил была выделена на всякий случай для обороны крымской «украйны»¹³⁴.

Задачи, которые предстояло решать каждому «эшелону», можно попытаться определить исходя из состава ратей, в них входивших, и анализа поименного списка воевод.