Португалия. Полная история

Отец подрабатывал, как мог: посредничал в заключении сделок по продаже недвижимости, превратил часть дома в дешевую гостиницу, воспользовавшись удачным положением здания, которое стояло на пути от железнодорожной станции в город[233]. Это дало повод советским историкам уничижительно именовать родителя Салазара «трактирщиком».

Антониу тоже старался изо всех сил. В иезуитском колледже он был среди лучших учеников, а университет окончил с отличием, набрав 19 баллов из 20 возможных и заслужив приглашение на кафедру.

Политикой Салазар заинтересовался рано. С первого курса университета он активно участвовал в Академическом центре христианской демократии, где познакомился с будущим кардиналом-патриархом Мануэлом Сережейрой и выступал в защиту церкви от нападок либеральной республики.

В 1921 году будущий министр был избран в парламент от партии Католический центр, но посетил лишь одно заседание. В Первой республике полномочия депутата порой длились не дольше, чем министерские.

Новая попытка избраться в парламент не удалась, но Салазар постепенно зарабатывал репутацию и известность, выступая с позиций независимого экономиста. В правительство Ошкара Кармоны он пришел в апреле 1928 года с конкретной задачей и чрезвычайными полномочиями, за что получил прозвище «финансовый диктатор».

«Я знаю, чего хочу и куда иду», — безапелляционно заявил Салазар, вступая в должность. Его план состоял в последовательной, ступень за ступенью, стабилизации страны: сначала финансовой, потом экономической, затем социальной и, наконец, политической.

В качестве первого этапа новый министр финансов предпринял серию реформ: бюджетную, налоговую, кредитную. Их целью было за счет ужесточения дисциплины и снижения расходов избавить государственную казну от давления накопившихся долгов. Чтобы оздоровить финансовую систему, Салазар установил для всех министерств жесткие нормы сокращения расходов и лично скрупулезно контролировал их выполнение.

Дефицит бюджета, с которым десятилетиями безуспешно боролись и монархисты, и республиканцы, стремительно исчез. Уже в конце первого года пребывания Салазара на министерском посту образовалось положительное сальдо в 285 миллионов эшкуду.

«Финансовый диктатор» не только добился бюджетного равновесия, но и сбалансировал внешнеторговый оборот, ликвидировал государственный долг, увеличил золотой резерв. Упала инфляция, снизилась процентная ставка, эшкуду вернул утраченное доверие. Капитал стал возвращаться в страну. Отступила и коррупция. Под бдительным оком нового министра воровать стало труднее[234].

Финансовая стабильность заложила фундамент для перехода к восстановлению и развитию экономики, давно находившейся в незавидном положении. Португалия прочно занимала место среди самых отсталых европейских стран. Главенствовало сельское хозяйство, а индустрия в основном ограничивалась легкой промышленностью: пищевой, текстильной, обувной.

Салазар, как и в финансовых вопросах, сделал упор на собственные силы. Профицитный бюджет позволял инвестировать в инфраструктуру, не прибегая к внешним займам.

Министр пытался совмещать рыночную экономику с ведущей ролью государства. Компании оставались в частной собственности, но их владельцы должны были извещать власти о намерениях и не могли самостоятельно предпринимать никаких серьезных шагов. Индустриальная жизнь «кондиционировалась» (обусловливалась) обязательным согласованием всех существенных действий с правительством.

Декрет 1931 года «О промышленном кондиционировании», в 1937 году ставший законом, предписывал получение разрешения у государства на создание или передислокацию промышленных предприятий, возобновлении производства после их закрытия на срок более двух лет. Инвестиции в закупку оборудования для расширения производства, передача предприятия в иностранные руки тоже требовали согласования с правительством.

Частный сектор, включая банки, сельское хозяйство и промышленность, реально находился в руках у полусотни семей. Это обстоятельство облегчало налаживание государственного контроля.

Салазар придерживался протекционизма. Он защищал национальные компании от мощных конкурентов из более развитых стран, стремился ограничить проникновение зарубежного капитала в колонии и замкнуть их хозяйственные связи на метрополию. В результате такой политики со временем в Португалии появились собственные крупные компании — такие, как финансово-промышленные группы КУФ, «Шампалимо», «Эшпириту Санту», «Боржеш и Ирмау», «Португеш ду Атлантику».

В первое десятилетие приоритет отдавался сельскому хозяйству, в котором была занята подавляющая часть населения. Для увеличения производства и достижения продовольственного самообеспечения были приняты программы по стимулированию выращивания пшеницы, переезду сельских жителей из густонаселенных в малоосвоенные районы, постройке оросительных плотин и каналов, высадке деревьев на дюнах и пустошах.