Послушники Андреевского флага. Корабельные священники российского императорского флота

Судя по воспоминаниям современников Петра I, после возвращения царя из Великого посольства его отношение к православной вере стало носить исключительно утилитарный характер. Вильгельм Оранский, с которым Петр не раз вел доверительные беседы, советовал устроить Церковь в России на манер англиканской, объявив себя ее Главою. Следует полагать, эти советы были приняты Петром Алексеевичем близко к сердцу. Сам Вильгельм Оранский в 1869 году получил корону из рук масонов и присягнул подготовленной масонами конституции, а заодно подписал акт о веротерпимости, исключая католиков.

Знакомство с архивами МИДа Императорской России показывает, что нужда в духовных пастырях в «петровском» флоте для православных нижних чинов возникла довольно скоро. Так, в письме адмирала-лютеранина Крюйса Петру I, отправленном с Балтийского флота в 1704 году, отмечается, что «надобно на 7 галер 7 попов и на 100 бригантин – 3 попа, есть только 2». Скорее всего, лютеранин Крюйс воспринимал православных священников на русских кораблях как элемент штатного расписания экипажа, не совсем понимая, для чего они нужны.

Да что там иноземец-Крюйс! Рожденный православным генерал-адмирал Ф.М. Апраксин недалеко от него ушел. 24 августа 1710 года в Адмиралтейств-коллегию, которую возглавлял Федор Михайлович, был направлен вдовый священник – иеромонах Иван Антонов. Так, по крайней мере, мы узнали, кто благословлял русских моряков на победу в битве при Гангуте и, вероятно, в других морских баталиях Северной войны. А сухопутному генерал-адмиралу Апраксину лично сей «поп» был и не к чему. 9 мая 1714 года из Корабельного Приказа на флот была спущена инструкция, регламентирующая службу «корабельных попов»: «Келейные правила должны читать тихо в своей каюте, никого не отвлекая, дабы чтением партикулярным помех в делах общих и корабельных не делали». То есть сиди, святой отец, в своей каютке и на глаза не попадайся, и под ногами не путайся своей рясой! Чтобы не видно тебя было и не слышно…

В апреле 1717 года вышло высочайшее повеление государя: «В Российском Флоте содержать на кораблях и других военных судах 39 священников». Через два года, 8 апреля 1719-го, последовало новое повеление, согласно которому на каждом корабле под Андреевским флагом должен был находиться иеромонах!

А 15 мая 1721 года Петрспустил на флот «Инструкцию флотским иеромонахам», больше известную как «Пункты о иеромонахах, состоящих при флоте» (всего пунктов было 11). Мысль в целом здравая. Ниже будет описано, как она реализовывалась на практике. Осмыслим другое: регулярный флот, как нам рассказывают штатные историки «родился» в 1696 году. А его «папа» до призыва на флот православных священников додумался лишь спустя 25 лет. Четверть века без них обходились? Не исключено, что «царь-плотник», придя в себя после очередного заседания Всешутейшего собора, вдруг подумал: «А чего это у нас уже 25 лет на кораблях попов нету?!» И решил: «Быть по сему!»

По правде говоря, архивы свидетельствуют, что потребность в корабельных священниках возникала и раньше. Запросы по этому поводу отправлял и адмирал Крюйс, и Меньшиков, и сам Петр. Тот же Корнелий Крюйс в письме еще от 1701 года требовал, чтобы в состав экипажа каждого корабля был включен священник. А 1 января 1717 Адмиралтейств-коллегия приняла решение иметь в своем штате «1 протопопа, 3 попов, 3 дьяконов, 3 подьячих и пономаря».

Кстати, пренебрежительное значение слово «поп» обрело лишь во второй половине XIX века, когда умы интеллигентов поразил нигилизм. А в начале XVIII века оно было самым обычным обозначением профессии священнослужителя.

Но, если говорить серьезно, истинными хозяевами «петровского» флота были протестанты, тогда как личный состав его оставался православным. И становился все более неуправляемым. Тем более, что в начале XVIII века для службы во флоте часто «ссылали» преступников. Князь Долгорукий – посол в Дании писал царю о том, как эти «птенцы гнезда Петрова» срамно отличились в Копенгагене в 1711 году: «…такие люди на фрегатах, делают стыд такой, чего здесь не видано. Непрестанно пьяны, валяются по улицам, дерутся, ходят все чуть не наги… сами они ярыжки кабацкие собраны». Такие «прогрессивные» моряки могли попасть в Европу только через «окно», в «дверь» войти не могли бы – на ногах не стояли. То есть дисциплина на флоте Петра I была хуже, чем на каперах Карибского моря, там хоть царствовал «сухой закон» во время плавания. А с чего радиморякам было блюсти себя? Почитайте сами текст «Морского устава», утвержденного «Петром Великим» – подсчитайте, сколько статей в нем о том, за что моряка можно было казнить. Или подвергнуть наказаниям – по сути пыткам.