Посольство монахов-кармелитов в России. Смутное время глазами иностранцев. 1604-1612 гг.

К 1605 г. Аббасу удалось взять османские территории в полукольцо, напав на турок со стороны Ширвана и Месопотамии. В депеше из Константинополя французский посланник барон Гонту де Салиньяк сообщал, что султанский двор пребывает в панике, так как к началу 1607 г. шаху удалось отвоевать у османов несколько стратегически важных пограничных областей, которые султан завоевывал у персов в течение 15–16 лет[427]. В другой депеше из Константинополя от 24 апреля 1607 г. говорится, что султан отправил к шаху своего чауша с письмами, в которых излагались условия мира. Посланник должен был возвратиться через 40 дней. До его возвращения ни один человек, включая путешественников-христиан, не должен был покидать пределы Порты, чтобы не сообщить шаху об истинном положении дел в империи. Самым интересным моментом депеши являются сетования султана на то, что шах «отправил послов к хрис тианским государям вопреки предписаниям их мусульманской религии…»[428]. Почти все ближневосточные территории Османской империи были охвачены мятежом, и «мятежники настолько сильны, что даже посадили в захваченных городах собственных губернаторов»[429]. Следствием этого временного коллапса османов были успешные, без посторонней помощи, военные действия шаха Аббаса, если бы не события на венгерском фронте. Заключение в ноябре 1606 г. мира между султаном и императором серьезно нарушило планы Аббаса.

Естественно, что кармелиты не могли знать обо всех этих событиях. Но о настроениях шаха кармелитов предупредил Роберт Ширли, оставленный Энтони Ширли при дворе шаха в качестве заложника. К моменту описываемых событий Роберт Ширли находился в Персии почти десять лет[430]. По словам Р. Ширли, «Шах в течение четырех минувших лет не получал писем от папы и новостей от своих собственных послов, отправленных к императору». В действительности дела обстояли несколько иначе. В 1603 г. Аббас отослал обратно в Испанию Д. да Миранду и А. да Гувеа. Вместе с ними в Рим был послан Бастам Кули-бек. Посольство благополучно добралось до Рима, где персидский посол скоропостижно скончался. В октябре 1604 г. прибыло великое посольство Филиппа III во главе с доном Луисом Перейрой де Ласердой. Главная задача посольства заключалась в подстрекательстве Аббаса продолжать вести войну с османами, однако на переговорах поднимались и вопросы, связанные с двухсторонними отношениями между Персией и Испанией. В частности, обсуждался вопрос о статусе Ормуза. Посольство добиралось в Персию морским путем. Выехав из Испании в 1602 г., в Персию оно прибыло в конце 1604 г., правда, сначала де Ласерда заезжал в Гоа. Европейские новости, которые он привез, устарели. В 1605 г. в Испанию и Рим с ответным посольством был отправлен Пакизе Кули-бек[431].

Роберт Ширли также рассказал, что Аббас был серьезно расстроен новостями о заключении мира между императором и султаном и воспринимает это известие как предательство со стороны императора[432]. Эта информация помогла кармелитам своевременно оценить сложившуюся ситуацию и выработать правильную линию поведения. В Казвин кармелиты прибыли 14 ноября, а 20 ноября 1607 г. они прибыли в столицу – Исфахан. На первой аудиенции, которая состоялась 3 января 1608 г., глава миссии кармелитов о. Павел-Симон вынужден был выслушать горькие упреки шаха в отношении подписания мира между турками и императором[433]. Аббас даже не хотел брать в руки письма от императора, привезенные кармелитами и датированные 1604 г.