Поцелуй сумрака

Она опустилась на колени в кругу света, ее белая сорочка и серебристые волосы чуть ли не светились. Лайла неподвижно лежала на мшистой земле, в стелящейся дымке ее лицо казалось мертвенно-бледным.

– Она жива? – сдавленно прошептала я. По исполненным ужаса глазам папы я поняла, что он сам не знает.

Мисс Мэйв обвязала что-то вокруг запястья Лайлы, напевая жутковатую колыбельную, которую моя сестра пела своей кукле.

– На счет три хватаем ее, – тихо произнес отец.

Я напряглась, отпустила его руку и приготовилась.

– Раз… два…

Мы бесшумно побежали вперед по влажной листве.

Мисс Мэйв встала в вихре тумана и наставила на нас пистолет.

Мы резко остановились. Папа поднял руки. Я посмотрела на Лайлу, такую маленькую и неподвижную у ног мисс Мэйв. Как вдруг она пошевелила мизинцем.

Мимолетно покосившись на Лайлу, папа сосредоточился на женщине, которая некогда была его истинной любовью; на женщине, которая ныне держала нас под прицелом.

– Мэри.

Он произнес ее имя как извинение, обвинение и признание в одночасье. И в нем я услышала затаенную любовь к девушке, которой она однажды была.

– Это и вправду ты, – сказала она. Ее голос ничего не выражал, зато в светлых глазах вспыхнула буря эмоций. – Я подозревала, что Рубен предал мое доверие, но сомневалась, ты ли тот мужчина, с которым я его видела. – Ее хватка на пистолете окрепла. – Обидно, он был верным помощником. Он помог мне уничтожить тебя и играл роль противного скряги, чтобы все меня жалели.

На ее шее пульсировала вена, но рука, держащая пистолет, не дрогнула.

– Сама виновата, не следовало с тобой играться. Нужно было убить тебя и покончить с этим, пока Рубен не успел размякнуть.

Папа подошел ближе.

– Убери пистолет, Мэри. Давай спокойно все обсудим.

Мисс Мэйв взвела курок.

– Время для разговоров давно прошло, Мэтью. Оно мертво и похоронено вместе с нашим ребенком. Все, что остается, это вернуть долги, – она наклонила голову в сторону Лайлы, и ее голос задрожал. – Я заберу свое. Она – мое вознаграждение, расплата за страдания, которые ты мне причинил.

Папа встал перед ней, преисполненный раскаянием. Его некогда красивое лицо осунулось и исказилось от чувства вины.

– Я сильно тебя обидел. Но я не знал о ребенке. В ночь, когда мы сбежали, твой отец сказал, что тебе будет лучше без меня. Он всерьез угрожал мне. Я был молод и напуган.

– А я – нет? – спросила мисс Мэйв, повысив голос.

– Мэри, мне жаль. Мы должны были растить нашу девочку вместе. Жить вместе, – искренность его слов слышалась в каждом мучительном слоге. – Но навредив Лайле, ты не вернешь нашу малышку.

– Я никогда не наврежу своей собственной дочери, – пистолет затрясся в ее руках.

– Ты собираешься утопить ее, – мягко сказал папа. Несмотря на мой ужас, я восхищалась его спокойствием.

– Это единственный способ жить с ней всегда. Без меня она в опасности, – по бледным щекам мисс Мэйв скатились сердитые слезы. Она не сводила с нас дула пистолета, курносый черный ствол маслянисто поблескивал. – Я забочусь о ней.

– Не так родители заботятся о ребенке, – возразил папа, и его слова громко раскатились по поляне.

– Да что ты об этом знаешь?! – крикнула мисс Мэйв. – Ничего! Она принадлежит мне, и я ее заберу!

Отец покачал головой и подошел еще на шаг. Я напряглась, ожидая реакции мисс Мэйв. Она лишь смотрела на него несчастными глазами.

– Это неправда. И в глубине души ты это знаешь.

Ее плечи поникли.

– Она моя, – сказала мисс Мэйв с намеком на сомнения в голосе.

Я рискнула перевести взгляд на Лайлу, которая по-прежнему неестественно лежала без всяких движений – наверняка Мэйв напоила ее одним из своих снадобий.

– Моя, – повторила она, и на этот раз слово прозвучало почти как вопрос.

Папа медленно потянулся к рукоятке пистолета, сжатой в побелевших пальцах мисс Мэйв. Ласково накрыл ее ладонь.

– Она не заменит нашего ребенка, Мэри. Лайла не та девочка. Она моя дочь – наша с Элизабет. Что бы ты ни делала, этого не изменить.

Я увидела вспышку в ее глазах за секунду до того, как раздался выстрел. Туман смешался с дымом.

Я замерла, разрываясь между Лайлой и папой.

Сквозь дым я увидела, что он распростерся на земле, держась одной рукой за грудь. На грязной рубашке расцвело яркое пятно крови. Я кинулась к нему, убрала его пальцы и увидела темную дырку в груди. Такую маленькую и в то же время такую смертоносную.

– Папа, не уходи от меня. Не закрывай глаза. – Я оторвала клочок от подола юбки и прижала ткань к ране, мои мысли и эмоции смешались в безумное варево. – Нужно зажать рану, – сказала я твердым голосом, что удивительно, поскольку внутри я разваливалась на части. – Не шевелись. Мы остановим кровотечение, и затем я…

Папа накрыл мою ладонь. Кровь, собиравшаяся на земле под ним, испачкала порванный край моей юбки. Я наблюдала, как она растекается.

Мое сердце обратилось пеплом.

Его веки затрепетали, но он все же открыл глаза и коснулся моей щеки. Его кровь согрела мне кожу.

– Я люблю тебя, Верити. Передай это Лайле. Вы, девочки, были моим вторым шансом стать отцом. Простите, что… не был… что… подвел вас.