Повелитель камней. Роман о великом архитекторе Алексее Щусеве

Россия и ее искусство находились в зените славы. Они интересовали мир. И поэтому итальянцы за несколько лет до проведения в 1914 году одиннадцатой Международной выставки искусств в Венеции обратились к русскому посольству в Риме с предложением построить свой выставочный павильон. Даже предложили проект павильона за авторством Даниэля Донги, главного инженера технической администрации венецианской коммуны.

Ранее Донги писал профессору Антонио Фраделетто, активному культурному деятелю, депутату Венеции, стремящемуся выдвинуть ее на передовые позиции в культуре, первому генеральному секретарю биеннале, который непременно хотел взглянуть на проект русского павильона: «У меня было слишком мало времени, чтобы глубоко изучить этот предмет. Характерная русская архитектура наиболее ярко проявляется в церковном строительстве, в своей основе, а также во внешних формах, отмеченных влиянием византийского стиля, что особенно заметно, например, в деревянных постройках. Но так как речь идет о выставочном павильоне, церковный стиль мне не кажется подходящим, и, учитывая желание сделать его огнестойким, я считаю, что нужно исключить сходство с неогнестойкими, то есть деревянными, постройками. Поэтому я обратился к тому типу архитектуры, который мы находим в старинных зданиях Москвы и других русских городов, упрощая их стиль, насколько возможно, и стараясь наилучшим образом справиться со сложностью, связанной с отсутствием внешних окон, а также с трудностями, которые возникают из-за последовательности трех выставочных залов разной длины. Так как на вид здания будут влиять боковые выступы этих залов и так как в русской архитектуре доминирует мотив башен и шпилей, я решил, что будет целесообразно построить по краям фасада две башни, в которых разместится контора для продажи произведений и т. п. В верхней части этих башен я бы предложил роспись в виде русского герба, а в верхних квадратах частей фасада, обрамляющих входной портал, можно поместить росписи с гербами русских провинций. Ниже этих квадратов стена может быть облицована кирпичом. Если стена будет цементной, то можно будет имитировать кирпич или нанести на стену борозды, имитирующие руст, оставив, возможно, видимыми цементные блоки. Я выполнил перспективу павильона, чтобы можно было лучше судить, можно ли оставить боковые части без украшений или нет. Все декоративные элементы можно было бы выполнить из искусственного цементного камня, что будет недорого…»

Великая княгиня Мария Павловна, августейший президент Императорской академии художеств, заинтересовалась предложением относительно павильона. Однако предстояло решить финансовые вопросы. Денег, попросту говоря, не было, пока Богдан Иванович Ханенко – промышленник и меценат – не решил пожертвовать личные средства на строительство венецианского русского павильона.

В январе 1913 года Богдан Иванович написал конференц-секретарю Академии художеств Лобойкову следующее: «Обдумав всесторонне вопрос об обеспечении скорейшей постройки в Венеции желательного для Ее Императорского Высочества Русского павильона и придя к заключению, что детальные соображения и обсуждения (от которых столько гибнет благих начинаний)… оттянули бы… осуществление… я остановился на решении предоставить немедленно в распоряжение Ее Императорского Высочества максимальную сумму, в которую может обойтись постройка павильона».

Ханенко дал на сооружение российского павильона в Венеции двадцать одну тысячу рублей и еще десять тысяч – «в качестве капитала, проценты с коего употреблять бы на необходимые расходы по охране имеющего быть воздвигнутым здания». Будущий павильон должен был стать первым постоянным павильоном Российской империи, до этого все павильоны, строившиеся ею для различных выставок, носили временный характер.

Венецианские власти для проведения биеннале на регулярной основе выделили крупный участок на восточной окраине города в садах Джардини. Президент Императорской академии художеств помогла с выбором места. Решили возводить павильон в самом конце прекрасной платановой аллеи, посаженной по указу Наполеона. Проект, предложенный венецианцами, был любезно отклонен, а на роль архитектора павильона пригласили академика Щусева.

К тому времени Алексей Викторович обладал немалыми знаниями и опытом проектирования пространств. Это и эскизы павильона для римской международной выставки, проходившей в 1911 году в парке виллы Боргезе. Правда, тогда Щуко стал архитектором выставки, но Щусев не особо-то и расстроился. «Приумножаю умения!» – думалось ему. Годом ранее зодчий спроектировал художественный павильон в стиле модерн для фабрично-заводской, художественно-промышленной и сельскохозяйственной всероссийской выставки в Одессе.