Повседневная жизнь Аравии Счастливой времен царицы Савской. VIII век до н.э. - I век н.э.

Помимо своего языка, Саба навязывает всему региону модели своей культуры, свои учреждения и свою религию. В совокупности все это постепенно и медленно образует каркас единства страны по меньшей мере на протяжении трех веков (VII–V века до н. э.). Производительная деятельность во всех южноаравийских государствах оказывается очень схожей потому, что, не говоря уже об идентичности способов производства, она предопределяется примерно одной и той же техникой. Под техникой мы понимаем извлечение из карьеров каменных (известняковых, алебастровых и пр.) глыб, их обтесывание, применение различных материалов (камня, дерева, металла), но также — и общий замысел сооружений как светских, так и культовых. Добавим сюда высококачественную керамику, сосуды из стеатита, орудия из обсидиана, печати и т. д. Что касается культуры, ее многих аспектов, то богатейшие данные для суждений о них доставляет практика погребений и отражаемые в ней представления о загробном мире, то есть область, известная своим консерватизмом. При всем разнообразии обрядов одни и те же, в общем-то, идеи — прежде всего «последнего и вечного жилища» — воплощаются в надгробных монументах. Могила, в которой ее обитатель спит вечным сном без сновидений, предполагает лишь отдачу ему должных почестей.

Наконец, все городские поселения связаны между собой общей деятельностью — торговлей благовониями. Вовсе не следует смотреть на города, рассыпанные по побережью песчаного моря пустыни Саб'атайн, как на замкнутые в самих себе и изолированные от прочих единицы. Напротив, правильный взгляд на них должен охватить собой весь регион как нечто целое, соединенное узами коммерческих интересов. Когда же именно весь южноаравийский регион стал чем-то целостным? В фокусе споров по этой проблеме — два других вопроса: когда был приручен верблюд, и когда его стали не только употреблять в пищу, но и использовать в качестве транспортного средства? Всякая «большая торговля» протекает в общем-то в сходных формах; большая торговля благовониями, которую южноаравийские царства принялись вести с Севером, также очень скоро выработала общие для всех ее участников стандарты поведения, общую коммерческую практику и, что достаточно важно, приемлемую для всех документацию — расписки, письменные заказы и прочие финансовые обязательства.

Аравийские ароматы

Если продвигаться на юг, то самой последней из всех обитаемых земель окажется Аравия. Это единственная страна, которая производит ладан, мирру, корицу, киннамом (или киннамон?), ладанон… От всей Аравии исходит неизъяснимо нежный, дивно пленяющий аромат^{1}.

Так в V веке до нз. знаменитый Геродот Галикарнасский описывал страну, расположенную на самом краю его плоского мира. Вообще, существовала ли в действительности эта страна без четко очерченных границ? Свое описание ее великий географ мог составить лишь из разрозненных сведений, собранных им то здесь, то там на обширной территории между Нилом и Евфратом и расцвеченных к тому же самыми поэтическими легендами. Из этого плотного географического тумана видны или, вернее, воспринимаются органом обоняния лишь ароматы, да слышны лишь сопровождающие их мифы. Примером последних может служить следующий пассаж, повествующий о том, как арабы снимают урожай со своих благовонных растений: