Повседневная жизнь советской богемы от Лили Брик до Галины Брежневой

И вот 15 лет спустя, в 1972 году, Маркиш вновь в гостях у Луи: «Дача поражала роскошью и комфортом. У дома стояла черная “Волга” с подозрительным номерным знаком. Виктор был любезен, дружелюбен. Мне не пришлось рассказывать о моих делах — он и так все знал. Мы сели за старинный круглый стол, хозяин предложил коньяк, сакэ — привез только что с Тайваня. Поездка на Тайвань была по тем временам столь же неосуществима для советского человека, как полет на Марс». Луи пообещал помочь и сказал, что разрешение дадут месяца через три-четыре. Своего гостя он отвез в Москву на иномарке «порше», сказав, что купил его на гонорар за «20 писем к другу». Вообще-то эту книгу написала Светлана Аллилуева. Луи получил деньги именно за продажу рукописи на Запад. Платили ему достаточно, например, за пленку с Сахаровым он получил 25 тысяч долларов.

Участники салонных сборищ непременно — по западной традиции — выходили в сад, хозяин дома любил демонстрировать свой «бентли» — раритетную модель, исполненную в 1930-х годах чуть ли не в нескольких экземплярах, да и то для монархов Европы. Историки старинных автомобилей по сию пору ищут ее следы, якобы Луи продал машину в начале 1980-х годов директору Камерного еврейского театра за бешеные деньги (видимо, театр был и не таким уж и камерным). А какой гараж был у Луи! Чистенький, выложенный белоснежной кафельной плиткой, как операционная, в нем можно было поселить небольшое общежитие кулинарного техникума.

Много чего Луи рассказывал о себе, жаль, не успел оставить полноценных мемуаров, умер в 1992 году как раз перед наступлением эпохи всеобщей откровенности (прах его на Ваганьковском кладбище). Но еще больше он скрывал. Как-то с гордостью показал своему приятелю, переводчику Хрущева и Брежнева Виктору Суходреву настоящий орден Красной Звезды, надо полагать, его собственный. Только вот за что он его получил, не сказал. Переделкинские старожилы рассказывают, что орден этот ему сам товарищ Брежнев вручил за предотвращение ядерной войны с Китаем. Генсек смело снял его с себя (еще дадут!) и на пиджак Луи нацепил: носи, сынок, заслужил! Не раз видели его, крестившегося, входящим в переделкинский храм…

Глава седьмая.Советская львица Лиля Брик и ее салоны

Квартира Бриков была, в сущности, отделением московской милиции.

Борис Пастернак

Укротительница мужчин и обольстительница поэтов — Донжуанский список Лили — Горбатую могила исправит — Осип Брик, марксист — Как делать деньги на песке — «Ося и Лиля были тут» — Первый богемный салон на улице Жуковского — Любовь на троих и больше — «Баллада о прокуренном вагоне» — «Башня» Вячеслава Иванова — Екатерина Гельцер: «Навертите меня ему!» — Лиля одевает Хлебникова — Сестры Синяковы — Лилины маскарады — Ахматова о Лиле: «На истасканном лице — наглые глаза» — Лиля, Пунин и Мейерхольд — В Москву, в Москву, за Совнаркомом! — Ося работает на ГПУ — «Для нас тогда чекисты были — святые люди!» — Яков Агранов, большой друг советской богемы — Второй богемный салон в Водопьяном переулке — Сергей Юткевич и Рита Райт — Третий богемный салон в Гендриковом — Новый муж Виталий Примаков — Четвертый салон в Спасопесковском — Лиля Слуцкому: «Боря, да вы поэт!» — Эльза Триоле и «Арагоша» — Лиля Щедрину: «Родион, да вы композитор!» — Пятый салон на Кутузовском — Соседи с Плисецкой — Как заманить Монтана — Все свежее, из «Березки» — Лиля Вознесенскому: «Андрюша, вы тоже поэт!» — Лимонову: «И вы поэт, Эдичка!» — Платья для Сергея Параджанова