Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

— Ой, да ладно! — вмешалась Кивенс. — Речь не об этом. Все знают, что вы с мамой были как куницы. Не могли держать руки при себе даже на людях. Чего же от вас ожидать наедине друг с другом?

— Э-э. Ага. Ну да. Она вроде как ускользнула, потом. Распогодилось. Она хотела полетать, пока можно.

Она была Бегущей по ветру. Ее основные магические умения касались полетов. Больше всего на свете она любила прогуляться с метлой по небу. И именно этим занялась той ночью.

— Она нервничала. Была на взводе из-за свадьбы. Не сомневалась, что что-то пойдет не так. — (И оказалась права.) — А еще больше тревожилась из-за приема. — (Который намечался в Королевских ботанических садах, поскольку члены королевской семьи были у нее в долгу.)

Она боялась, что мои низкородные друзья напьются и разнесут сады в клочья.

— Она схватила метлу и вышла в окно, — сказал я. — Спросила, не хочу ли я составить ей компанию, но не стала задерживаться, когда я отказался.

Я не любитель гулять по пустоте в сотню футов глубиной.

— Когда я встал, она еще не вернулась. Не вернулась и когда я отправился в Аль-Хар. Мой партнер не тревожился. И мне в голову не пришло беспокоиться.

Кроме того, я был поглощен надвигающимся цунами матримониального рока.

Признаю, Страфа Альгарда являлась идеальным кандидатом в жены Гаррета, если не брать в расчет прилагавшиеся семейные особенности. Уточним, что мир кишел лучшими кандидатами в мужья, нежели я.

Наконец подал голос Морли, неуверенно, сомневаясь в своем праве участвовать:

— Происходило ли что-то той ночью? Что-то, что она могла захотеть увидеть?

Это был хороший вопрос. Страфа стала отчаянным любителем местных достопримечательностей, когда заарканила меня и смогла повсюду таскать за собой. Я сам об этом не подумал, но мой ум затуманивали темные эмоции. Он никогда особо не блистал, а теперь работал еще хуже, чем обычно.

— В Квартале Грез проходил фестиваль осеннего солнцестояния. Он начался в полночь, — сказала Пенни.

Квартал Грез — религиозный центр Танфера.

— Ты туда ходила? — спросил я.

Тем утром я ее не видел, но не придал этому значения. Когда я был дома, Пенни часто превращалась в невидимку. Синдж утверждала, что причиной тому влюбленность в меня. Какая глупость! Пенни ясно продемонстрировала, как ко мне относится.

— У меня не было выбора. — Она по-прежнему серьезно относилась к своей роли жрицы, несмотря на то что теперь являлась единственным членом культа. — Со мной ходил мистер Плеймет.

Прежде чем я успел превратиться в родителя и начать тявкать по поводу юных девиц на опасных ночных улицах.

Если вы девушка, желающая попасть на подобный фестиваль, Плеймет — лучший выбор спутника. Он большой, свирепый и заботливый. А еще он хотел стать священником, но все никак не мог решиться на смелый шаг.

— Страфу мы не видели, — сообщила Пенни.

— Мама не любила подобных мероприятий, — отозвалась Кивенс.

Это правда. Она была еще менее религиозной, чем я. Неудивительно, учитывая ее ремесло и родословную.

— Погода все испортила, — сказала Пенни. — Если бы она была там, мы бы ее заметили.

Метательница Теней сомкнула мои пальцы на стреле.

— Расслабься. Последуй совету, который даешь своим клиентам. Сохраняй спокойствие. Работай головой, пока не найдешь цель. — Она стиснула мне руку с жуткой улыбкой. — А потом я возьму все на себя.

Она была права. Сейчас я находился на той стадии, где с высокой вероятностью растратил бы время, энергию и эмоции, носясь кругами и завывая.

— Мой партнер хотел бы поговорить с каждым из вас, — сказал я.

В комнате резко похолодало.

После долгого молчания Метательница Теней произнесла:

— Очень хорошо. Я подам пример. Барат, убедись, что мой экипаж готов к поездке.

— Да, мама. Прямо сейчас?

Она повернулась ко мне:

— Прямо сейчас?

— Чем раньше, тем лучше. Он любил Страфу. И сможет отыскать ниточки, которых никто из нас, скорее всего, не заметит.

— Уверена, что ты прав. Вы все поняли? Хорошо. Возможно, вам удастся сегодня же договориться с мисс Пулар.

— Сейчас он постоянно бодрствует, однако остальным из нас требуется отдыхать и работать, — сказала Пулар. — Лучшее время визита — послеобеденное или вечер.

— Расскажи нам о девочке, напавшей на тебя на кладбище, — велела мне Метательница Теней.

— Тут нечего рассказывать. Вы сами все видели. Я не знаю, кто она такая, и понятия не имею, что ей было нужно. Может, она перепутала меня с кем-то.

— Возможно. Ты снова с ней встретишься. Обращайся с ней мягко и по-доброму.

— Мама? — удивился Барат.

Все остальные тоже уставились на Метательницу.

— Девочка — не наша забота. Озаботиться следует только Гаррету.

Это лишь раздуло интерес к происшествию, о котором все почти забыли, в том числе и я сам. Но Метательница Теней сказала свое слово. Она повторила директиву проявлять доброту.

Заявив, что руководить надлежит мне, поскольку я профессионал, она приказала Барату сообщить всем, как именно следует содействовать Гаррету в поисках убийцы его жены. Детально объяснила эксперту, как ему выполнять собственную работу.

Я часто кивал. У нее за спиной я буду поступать по-своему. Но я открыт ко всем оригинальным идеям.