Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

— У нас будет время для эмоций, — сказал Барат. — А сейчас давайте проявим рациональность и начнем охоту. Приступай, Гаррет.

— А?

Иногда я показываю глубины своего интеллекта.

— Ты профессионал. Ты зарабатываешь этим на жизнь. Скажи нам, что должны делать мы.

— О!

Немая сцена. Он что, шутит? Метательница Теней уже раздала задания.

— Расскажите, чем вы все занимались последние два дня.

Как выяснилось, практически ничем, как и я сам. У меня не хватило целеустремленности начать. Но они, предположительно, обладали немыслимыми ресурсами, в эмоциональном и прочем смыслах.

— Я еще никогда не был собственным клиентом, — проворчал я.

— Клиента хуже не придумаешь, — отозвался Морли, сверкая заостренными эльфийскими зубами.

— Не исключено. Когда нанимаешь сам себя, твой босс почти всегда оказывается чертовым эксплуататором.

Синдж фыркнула. Обычно я удосуживался пошевелить пальцем лишь в тех случаях, когда нам грозил голод. Дом на Макунадо держался на плаву благодаря гению Пулар.

— Ну хорошо, — сказал я. — Я обсудил турнир с партнером, еще до того как случилось то, что случилось. Он велел мне поговорить с Гвардией. У Аль-Хара есть человеческие ресурсы. Кроме того, даже слух о том, что Гвардия заинтересовалась этим вопросом, мог положить конец всему проклятому мероприятию.

— Очевидно, ошибочное предположение, — вставил Рихт Хаузер.

— Он оказывается правым только в большинстве случаев. Но… Как бы в ваше время прошел турнир, если бы тогда была такая полиция, как сейчас?

Молчание нарушила Лунная Гниль:

— Он бы все равно состоялся, но игра оказалась бы более трудной.

— И смертоносной, — добавила ее сестра. — Некоторые участники без колебаний расправились бы с жестяными свистульками, подвернувшимися под руку.

Возможно, она права. Однако сейчас немногие негодяи относились к краснофуражечникам как к надоедливым мухам. Дил Шустер заслужил свою репутацию.

Закряхтев, Метательница Теней ткнула уродливым пальцем в Барата.

— Гвардия действительно может похвастать численным преимуществом, — сказал он. — Не исключено, что им удастся быстро уничтожить Операторов. А начальство не склонно увлекаться формальностями или частными правами преступников.

— Сейчас у них есть ресурсы, способные справиться с Ужасными компаньонами, — вставил я. — Если, конечно, я правильно понимаю, что они из себя представляют.

Эти слова не добавили мне популярности. Я полагал, что однажды наступит тот день, когда слаженная команда магов Гвардии одолеет мегамонстров Холма, обитатели которого и так нервничали, поскольку Корона и Гвардия требовали, чтобы они вели себя как обычные люди.

— Мы с мамой согласны, что поставить в известность Гвардию было хорошей стратегией, — сказал Барат. — Операторам придется действовать более медленно и скрытно. Это даст нам время. Но, Гаррет, поверили ли тебе в Аль-Харе?

Шустер был заинтригован еще до того, как на Страфу напали.

— Да. Однако, если верить генералу Тупу, до сих пор они не обнаружили ничего полезного. У случившегося не могло быть личных мотивов. Страфа со всеми ладила, и у нее не было секретов.

«Она была слишком открытой», — мысленно закончил я, переводя взгляд с Барата на Кивенс.

Синдж встала. Она не могла долго сидеть на человеческих стульях, и ей хватило смелости открыть рот перед этими людьми, большинство из которых наверняка считало ее сообразительным вредителем.

— Чтобы сузить круг возможностей: была ли кому-нибудь выгодна смерть Страфы?

— Это турнир, — ответил Костемол. — Турнир, и ничто иное. Никто не желал девочке зла.

— Я спрашивала не об этом. Мы уже поняли, что Страфа была божеством.

Рядом зашевелилась Метательница Теней:

— Нет. Это не так.

На протяжении последних минут с ней что-то происходило. Незаметно. Ее одеяние потемнело. Оно колыхалось на ветру, которого никто не ощущал. Пахло чем-то дурным. Массивная рука с уродливыми перстнями протянулась ко мне.

— Ты не туда смотришь.

На безумное мгновение мне показалось, что она транслирует Покойника.

— То есть как?

— Ты забываешь о том, что имело место до случившегося перед домом.

Она привлекла внимание всех собравшихся в библиотеке.

Она разжала пальцы.

23

Кусок железа упал в мою подставленную ладонь.

— Что это?

— А разве не похоже на свиную отбивную?

Глупый ответ на глупый вопрос.

Это был болт — железная арбалетная стрела. Конец с оперением отсутствовал. Такой болт мог пробить пластинчатый доспех.

— Целиком эта штука должна весить фунта три. Ни для одного переносного устройства она не годится.

Легкий артиллерийский болт предназначался для небольшой осадной машины или орудия поддержки пехоты. С заостренным концом из закаленной стали.

Что могло сломать такую железку?

— Может, это случайность? — спросил я.

— Серьезно?

— Что это? — предпринял я новую попытку.

— Расскажи, что в ту ночь произошло в твоем доме.

Пенни пискнула. Я покраснел. Честное слово. Я вроде как взрослый мужчина, но не могу обсуждать подобные вопросы с семьей дамы.