Читаем Правда о «Титанике». Участники драматических событий о величайшей морской катастрофе полностью

Сравните слова Лайтоллера с рассказом Дж. Хейгена, с которым мы вступили в переписку. Дж. Хейген — бедный малый; в своих письмах он называет себя одним из тех, «кто зарабатывал на билет, чтобы в первый раз попасть в Америку». Не сомневаюсь, что он полностью отработал свой проезд. Более того, он был одним из тех, кто вместе со мной очутился на днище перевернутой шлюпки. Он не числится в списке членов экипажа; не следует путать его с Джоном Хейгеном, кочегаром, который 20 апреля отбыл в Англию на «Лапландии», так как нашего Джона Хейгена приняли в больницу Святого Винсента 22 апреля. Описывая тот период, Джон Хейген говорит, что пассажиров послали на правый борт, чтобы выровнять корабль, по приказу капитана, когда корабль получил крен влево. Он пробежал полдороги и вернулся туда, где Лайтоллер спускал на воду последнюю шлюпку. Лайтоллер сказал ему, что на крыше офицерских кают есть еще одна шлюпка, и спросил, поможет ли он ее спустить. Это была шлюпка Энгельгардта В, которую Хейген и еще три человека безуспешно пытались раскрыть. Им удалось раскрыть шлюпку только после того, как к ним присоединились еще трое помощников. Затем они столкнули ее на шлюпочную палубу, и она упала днищем вверх. Хейген обрезал канат, которым были закреплены весла, и передавал первое весло вниз другим помощникам, когда шлюпку унесло в воду, по-прежнему днищем вверх. Он прыгнул на шлюпочную палубу, а оттуда в воду за шлюпкой, и «уцепился за задний конец киля». Корабль сильно трясло; часть его находилась под водой. «Подняв голову, я увидел, что через минуту нам грозит смерть, так как сверху на нас падала первая труба; мне показалось, что она упадет прямо на шлюпку и раздавит ее; но труба упала в воду примерно в ярде от нас, а нашу шлюпку волной отнесло ярдов на тридцать от корабля. Той же волной смыло нескольких человек, которые успели забраться на днище, когда шлюпка только упала в воду». Хейгену удалось уцепиться за шлюпку, но он по-прежнему находился в воде. Он никогда не забудет отчаянные крики несчастных, которые тонули рядом с ним. Ему показалось, что разлетелся настил в носовой части корабля; повсюду плавали обломки. Его товарищи на перевернутой шлюпке подбирали обломки обшивки из воды и пытались грести ими вместо весел. Им удалось отвести шлюпку дальше от корабля.

Джон Коллинс, помощник повара на «Титанике», также дал любопытные показания на подкомитете сената. Судя по всему, он вышел на палубу по правому борту в последний момент и увидел, как шлюпку Энгельгардта уносит в океан. Сам он находился в носовой части и погружался под воду вместе с кораблем, а потом его волной отнесло в сторону. Он провел под водой по меньшей мере две или три минуты. Когда он всплыл на поверхность, снова увидел шлюпку — ту самую, которую у него на глазах пытались отвязать несколько человек. Затем ее сбросили на палубу, и в нее прыгнули люди. Шлюпку смыло в океан; люди держались за нее. Так как Коллинс очутился всего в четырех-пяти ярдах от шлюпки, он подплыл к ней и забрался на нее. По его словам, в то время, когда он забрался на шлюпку, на ней находились еще около пятнадцати человек. Люди, которые стояли в шлюпке, не помогали ему. Они наблюдали за кораблем. Очутившись на днище перевернутой шлюпки, он не увидел огней на «Титанике», хотя, когда он выплыл на поверхность, корма корабля еще находилась над водой. Он считает, что волна, которой его смыло, была вызвана водоворотом, образовавшимся после того, как нос ушел под воду и волны перехлестывали верхние палубы. Среди обломков он видел многих людей, примерно несколько сотен, и слышал их ужасные крики.

Глава 5

Ночь на днище полузатонувшей перевернутой шлюпки

Страшный в правосудии, услышь нас, Боже, Спаситель наш, упование всех концов земли и находящихся в море далеко…

Пс., 64: 6


Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика