Страх упущенной выгоды, или синдром упущенных возможностей, тоже стал более распространённым в связи с ростом популярности соцсетей. Хотя лично я начал испытывать его задолго до того, как Марк Цукерберг появился на свет. Когда мне было тринадцать, и девочки ещё не проявляли ко мне интереса, я узнал, что соседские мальчишки собираются за ужином пару раз в месяц и играют в разные игры. Эта затея казалась мне весёлой. Куда веселее, чем провести вечер субботы, сидя на диване с родителями, поедая гавайские тосты с кетчупом. По телевизору показывали только глупые телешоу (отчаянная попытка немцев смешно шутить) или голливудскую классику с плохим дубляжом. Как и большинство мальчиков в этом возрасте, из-за избытка тестостерона я катался на эмоциональных качелях и часто чувствовал себя растерянным и уязвимым. Соседские мальчишки, ощущая мою уязвимость и желание быть принятым в их круг, затеяли жестокую игру. Они сказали мне, что будут звать меня на свои вечеринки только в том случае, если я наберу достаточно баллов за две недели до вечеринки. Я мог набрать баллы, выполняя их поручения, помогая им сделать домашнюю работу или подшучивая над младшими ребятами. Однако набрать баллы было настолько же сложно, насколько легко потерять их – мальчики отнимали у меня баллы без объективных причин. Я знаю, что дети бывают жестокими, но из-за отчаянного желания быть принятым в их круг я стал добровольным участником этой игры.
Из страха не стать частью их компании я унижался перед ними. Я потерял связь с реальностью. В моей голове засела мысль, что нет ничего более важного, чем быть допущенным в их круг. Я мог думать лишь о том, как бы заработать побольше баллов. Слава богу, мне потребовалось меньше года (и новый друг), чтобы понять, что эти ребята сами хотели, чтобы я приходил на их вечеринки. Со мной было весело, и к тому же благодаря маме я неплохо готовил. Я сказал им, что у меня больше нет времени на их глупые игры, но они не перестали приглашать меня к себе.
Боязнь упущенных возможностей – это смесь потребности в непрерывной связи с другими людьми и тревоги из-за того, что они могут заниматься чем-то приятным и весёлым без вас. Большинство людей сталкивались с этим чувством задолго до того, как это стали называть синдромом упущенных возможностей. И всё же особенно широкое распространение этот феномен получил с появлением соцсетей. В мире около трёх миллиардов пользователей соцсетей. Это более 40 процентов населения планеты. Около 80 процентов жителей США имеют профили в соцсетях. Именно соцсети позволяют людям заводить «друзей» по всему миру. Неудивительно, что для многих они стали основным средством общения. Преимущество соцсетей заключается в том, что мы можем быстро связаться с неограниченным количеством людей, следить за их жизнью и таким образом не чувствовать себя одиноким. Как показывают исследования, именно одиночество чаще всего заставляет людей часами переписываться, прокручивать новостную ленту и публиковать посты. Некоторые учёные предполагают, что социальная изоляция является одной из причин, по которой люди, страдающие от депрессии и тревоги, предпочитают проводить в соцсетях всё своё свободное время.
Обратная сторона избытка интернет-общения в нашей жизни заключается в том, что на нас обрушивается огромный поток информации – куда больше, чем мы способны обработать и использовать. По результатам исследований, часть людей испытывает определённое удовлетворение от общения с виртуальными друзьями и наблюдения за их жизнью, в то время как остальных это приводит в подавленное, тревожное состояние. Опрос студентов колледжа показал, что 75 процентов участников опроса в той или иной степени сталкивались с синдромом упущенной выгоды. Участники с наиболее тяжёлой степенью проявления синдрома признались, что начинают и заканчивают свой день просмотром соцсетей. Также исследователи обнаружили, что ограничение доступа к соцсетям снижает уровень депрессии и тревоги у испытуемых.
Один из моих клиентов описывал это так: «Сожаление об упущенных возможностях невыносимо. Сначала ты чувствуешь панику. Ты не можешь мыслить рационально. Твоя жизнь словно рассыпается, как карточный домик. Затем начинается этап самобичевания. Ты убеждаешь себя в том, что никто никогда тебя не полюбит, и ты навсегда останешься одиноким. Порой проскальзывают даже такие мысли: «Я везде лишний. Без меня этот мир станет лучше». Я знаю, это звучит чересчур драматично, но в такие моменты ты и правда так думаешь. Затем, повинуясь какому-то внутреннему импульсу, ты начинаешь переписку с кем-нибудь или выкладываешь фото в соцсети. Получив комментарий или лайк, ты испытываешь некоторое облегчение. Но в то же время ещё сильнее зацикливаешься на том, чтобы ничего не упустить».