Право на полный доступ. Как раскрыть свой потенциал с помощью подсознания

Но вскоре конфетно-букетный период закончился, и всё изменилось. Характер Тома начал стремительно ухудшаться. Он стал упрекать Джудит в эгоизме, когда она задерживалась на работе, называть её самовлюблённой, когда она смотрела в зеркало, поправляя волосы. Он отказывался проявлять свои чувства к ней перед друзьями, и она гадала, знает ли вообще кто-то об их отношениях. Хуже всего было то, что иногда Том пропадал на несколько дней, не звонил Джудит и не брал трубку, если звонила она. Для неё это было сущим мучением. Через какое-то время он объявлялся, тихий и виноватый, и объяснял, что ему нужно было уладить кое-какие дела, в которые он не хотел её впутывать. Несмотря на все её просьбы больше никогда так не делать, он раз за разом исчезал и появлялся снова. «Не знаю, как пережить эти дни, когда он отстраняется от меня, – призналась она. – Я не могу спать. Я не могу думать ни о чём другом, кроме него. Меня постоянно тошнит». Но стоило Тому возникнуть на её пороге со слезливыми извинениями, она тут же забывала о том, сколько страданий ей принесло его исчезновение. И на следующие несколько недель двери рая снова были для неё открыты.

Отчаявшись что-либо выяснить, Джудит однажды тайком заглянула в телефон Тома. Там она обнаружила сообщения и откровенные фотографии женщин, с которыми у Тома явно были интимные отношения. Когда Джудит, вне себя от гнева и непонимания, потребовала у Тома объяснений, он упал на колени и заплакал. «Я не знаю, зачем я это делаю! Эти женщины ничего для меня не значат. Ты – всё, что мне нужно. Я люблю тебя так сильно, что иногда это чувство пугает меня, и мне хочется сбежать». Непонятно, что именно повлияло на Джудит – слёзы Тома или его признание в любви, но она простила ему предательство. Позже Том признался ей, что ему трудно доверять женщинам, потому что его мать страдала от биполярного расстройства и была совершенно непредсказуема. По его словам, Джудит была первой женщиной, с которой он почувствовал себя в безопасности. Джудит почувствовала себя избранной и особенной. Она пообещала, что впредь будет ещё более заботливой и понимающей и поможет Тому справиться с детскими травмами.

Её преданность и искреннее желание помочь не помешали Тому продолжить вести себя так же, как и раньше: чередовать обожание с холодным равнодушием и периодически пропадать. Но каким бы грубым и жестоким он ни был, Джудит оправдывала его поведение. Она видела в нём испуганного, обиженного мальчика, которого была намерена исцелить. Направив всю свою энергию на сохранение отношений, Джудит начала относиться к себе так же плохо, как к ней относился Том. Она лгала себе и пренебрегала своими потребностями. Она питалась одними конфетами, запивая их алкоголем, и не выпускала из рук сигарету. Ей не хотелось заниматься спортом, встречаться с друзьями и даже выходить из дома.

У Джудит было своё агентство графического дизайна, в котором благодаря её упорству и любви к делу на тот момент работали пятнадцать сотрудников. Когда превратности любви стали отнимать у неё большую часть времени и сил, Джудит забросила агентство. Она сорвала сроки выполнения нескольких заказов от давних клиентов и перестала искать новых, поэтому агентство пришлось закрыть. Устав от моих предупреждений о том, что она встала на разрушительный путь созависимости, Джудит отказалась продолжить наши сессии. Потеря источника заработка – и самой себя – казалась ей несущественной мелочью в сравнении с жизнью без Тома.

Но однажды всё изменилось. «В минуту слабости и отчаянной скуки», как она призналась впоследствии, Джудит связалась с одной из женщин, чьи сообщения и фотографии она нашла в телефоне Тома. Она и сама не знала, что хотела услышать. Женщина сказала Джудит, что ей известно об изменах Тома. Как оказалось, он убедил её в том, что именно её – а не Джудит или любую другую из его женщин – он любит по-настоящему. Однако и этого было недостаточно, чтобы Джудит признала, что Том обыкновенный манипулятор и социопат. Отрицая очевидное, она предпочла поверить Тому, а не своей сопернице. Узнав о том, что Джудит разговаривала с одной из его любовниц, Том пришёл в ярость. Он называл её сумасшедшей, психопаткой и орал, что больше не хочет иметь с ней ничего общего.

Спустя несколько недель, наполненных горем и непониманием, Джудит написала мне: