Преступления фашизма в годы Великой Отечественной войны. Знать и помнить

Когда фашисты попытались вызывать по одному для агитации, Григорий Шаллар вышел вперед и заявил, «что у нас, у советских людей, офицеров Советской Армии, одни интересы, одни задачи, одна цель, один враг. Если вы обращаетесь к одному, значит, обращаетесь ко всем. Мы живем по принципу – “Один за всех и все за одного, мы никогда не будем рабами”». Фашисты устроили страшную экзекуцию Шаллар Григорию. Во двор 27 блока привезли специально изготовленный станок для пыток заключенных. Привязали на этом станке Григория и избивали плетьми, хлыстами до полусмерти перед всеми выстроенными заключенными 27 блока. Мужественно, с нечеловеческим терпением переносил Шаллар пытки, и никто не слышал ни единого стона. Еле живого, товарищи сняли его, окровавленного, без сознания, и отнесли в четвертую секцию, куда их изолировали. Поймет ли кто сейчас, прочитав эти строки, какое большое было для меня горе, как больно было мне за моего лучшего друга и брата, как тяжело было переносить утрату не только мне, всем кто знал этого человека. Из строя подпольного комитета выбыл самый ее активный и бесстрашный борец – Григорий Шаллар.

Фашисты не успокоились, изолировав группу Шаллар Григория, а у ее вожака истерзали все тело, как голодные шакалы, они стали глумиться над человеческой личностью, над офицерской честью. Специально сделали большую, на колесах площадку, запрягали в нее этих отважных и мужественных людей и развозили по баракам баланду, вывозили из бараков трупы, из конца в конец лагеря возили мусор, но волю сломить было невозможно. Чувствовали фашисты близость своего конца, вокруг их змеиного горла затягивалась петля все сильней, разгром фашистской Германии был неизбежен. Стали палачи поспешно уничтожать людей, свидетелей страшных, кровавых преступлений, совершенных перед лицом всего человечества. За успешное наступление советских войск фашисты отыгрывались над беспомощными заключенными, находившимися в заточении концлагерей смерти.

Так, длительное время фашисты издевались над 74 военнопленными советскими офицерами, но волю и мужество этих замечательных людей сломить было невозможно. В ноябре 1944 года всех 74 человека фашисты загнали в санитарный блок № 3 под видом прохождения медицинского осмотра, по одному заводили в одну дверь и выводили закандаленных в другую. В этот роковой день по заданию подпольного комитета я вышел на свидание с заместителем Григория Шаллар (который был еще не в состоянии возить площадку) – с майором Новосельцевым. Группа должна была подойти с минуты на минуту за бочками к «комбинату» и развозить по лагерю.

Больше встретиться мне не пришлось ни с одним человеком из группы 74. Их, закандаленных по рукам и ногам, через площадь погнали под усиленным конвоем к крематорию. Заключенные рабочих блоков кинулись на площадь, но пулеметная очередь с вышек сразила бегущих. Я видел медленно идущих людей, обреченных на смерть. В первом ряду без кандалов шел Григорий Шаллар, взяв товарищей под руки, т. к. был еще слаб. (Шел) с высоко поднятой лысеющей головой. На (его) лице блуждала прощальная улыбка. 74 военнопленных советских офицера зверски были расстреляны у стен крематория, вместе с ними погиб летчик, капитан Шаллар Григорий Лукич, но он умер не сломленным, твердо веря, что прожил жизнь на пользу людям, оставаясь до конца своего часа пламенным патриотом социалистической Отчизны, несгибаемым коммунистом. Как бы ни был враг коварен и жесток, но он побежден, разбит и уничтожен. 11 апреля – Международный день освобождения узников фашистских концлагерей.

Кустов Г.11 апреля 1965 г. г. Тула

Ф. М-98. Оп. 3. Д. 37. Л. 48–55 об.

№ 108

Через Бухенвальд к Победе

22 июня 1941 года – начало войны.

Самое страшное, что может быть на земле, началось…

Счастливое детство и юношество кончились. Мечты мирной жизни оборвались. Я готовился поступить в военную Академию. Вместо Академии в первые же недели войны тяжелые бои под Рогачевом (Западный фронт). С боями выходим из Гомельского окружения. Опять тяжелые бои. Опять окружение (Полтавское). Выходя из окружения, контузия разрывом мины. Плен. Это произошло 20-го сентября 1941 года. На переправе через заболоченную р. Сулу вблизи г. Лубны.

Что может быть страшнее смерти – это плен. Так началась долгая неделя. 7-го ноября побег с этапа (Лубны, Хорол, Кременчуг, Кировоград, Адобаш…). Полуживой скелет в дорожном кювете, подбирает украинский возница и привозит в село Петроостров Кировоградской области. Здесь украинская патриотка Елена Яковлевна Кодашева взялась спасти меня от неминуемой смерти от истощения, ран и язв. Так я обрел вторую мать (через 18 лет, т. е. в 1960 г., мы встретились). Она приезжала ко мне в гости. Сейчас она продолжает работать в колхозе. На фронте (она) потеряла мужа и брата.