Преступник номер один. Нацистский режим и его фюрер

Итак, первой задачей Гитлера было создание и укрепление нацистского аппарата насилия и аппарата пропаганды. Но этим отнюдь не исчерпывались внутриполитические цели диктатора. Он хорошо понимал, что его власть будет непрочной до тех пор, пока ему не удастся создать некую тотальную идеологию, систему духовного господства нацизма над немецким народом.

В конечном итоге эта система должна была привести к добровольному подчинению всех членов «народной общности» воле фюрера. Такая «добровольность» была куда более прочной основой власти, чем въедливая пропаганда, полицейские распоряжения и страх.

«Тотальная идеология» Гитлера

Среди факторов, обусловивших живучесть нацистского строя, идеология гитлеризма играла одну из главных ролей и вне этой идеологии невозможно понять ни силу воздействия самого Гитлера, ни опасность возрождения нацизма.

Однако на эту сторону вопроса западные исследователи почти не обращают внимания. Для большинства из них Гитлер — «демоническая личность», которая была наделена «гипнотической силой» и таким образом навязывала свою волю германскому народу. Эта теория очень опасна, поскольку рассматривает феномен гитлеризма вне рамок рационального.

Для раскрытия природы нацизма большое значение имеет анализ составных элементов его идеологии.[64]

С помощью этой идеологии гитлеровцы пытались изменить саму систему мышления, логику и моральные критерии цивилизованных народов, в первую очередь немецкого народа. При этом фюрер действовал весьма хитро и коварно. Он понимал, что восстать против всего человеческого опыта и многовекового воспитания, объявив прежние нормы морали недействительными, — дело безнадежное. Способ Гитлера был иным — он их подменял, причем подменял постепенно, превратив в конце концов в свою противоположность, т. е. уничтожив. Можно говорить при этом об известной эскалации такого процесса подмены. Результат его заключался в том, что среди населения в значительной мере было вовсе утеряно понимание его истинного бесправного положения и аморальности политики и действий фюрера.

Не касаясь содержания гитлеровских идеологических доктрин, следует проиллюстрировать на нескольких примерах тактику Гитлера, при помощи которой его доктрины постепенно внедрялись в сознание масс.

10 ноября 1938 года фюрер изложил свою политику в речи перед представителями прессы. Текст этой речи держался в строжайшем секрете. Гитлер утверждал, что народ следует подготавливать постепенно к восприятию нацистских «истин». «Лишь обстоятельства вынудили меня, — сказал он, — в течение десятилетий говорить почти исключительно о мире. Только путем постоянного подчеркивания воли к миру и мирных намерений можно было шаг за шагом вернуть германскому народу свободу…» Теперь перед пропагандой, по его словам, стоят еще более сложные задачи — вернуть народу веру в победу: «Его (народ. — Авт.) надо; воспитать в абсолютной, упрямой, автоматической вере в то, что в конце концов мы добьемся всего, что нам необходимо».

В 1940 году Геббельс перед избранной аудиторией нацистских журналистов заявил: «Если кто-нибудь спросит нас, как вы представляете себе новую Европу, мы скажем, что не знаем этого. Конечно, у нас есть свои представления. Но если их выразить словами, то это умножит ряды наших врагов… Мы говорим сегодня «жизненное пространство». Каждый может под этим подразумевать, что хочет. То, чего мы сами хотим, мы раскроем лишь тогда, когда настанет время».

И наконец, нам хотелось бы сослаться еще на одно высказывание приближенного Гитлера, который, может быть, больше всех был посвящен в его истинные планы, — на речь Гиммлера по поводу так называемого «окончательного решения» еврейского вопроса. «Теперь вы знаете, в чем дело, — сказал он в кругу высших руководителей СС, — но должны это пока держать в секрете. Может быть, в более поздние времена надо будет сказать об этом германскому народу».

Итак, Гитлер понимал, что сообщить сразу сущность нацистской политики и идеологии, обнажить их цели, назвав все своими именами, нельзя. Подмену категорий морали, совести, права нацистскими доктринами он совершал, сообразуясь с обстановкой и степенью фашизации общественной и политической жизни страны.

Каков же «идейный багаж» Гитлера, который был призван стать «идейным багажом» миллионов немцев?

Можно ограничиться рассмотрением лишь некоторых «основополагающих идей», денно и нощно вдалбливаемых в головы немцев в нацистской Германии. Они отнюдь не равноценны, но, на наш взгляд, играли в своей совокупности решающую роль в низведении «морального облика» наиболее рьяных приверженцев фюрера до уровня варваров и палачей.

Первая из них — доктрина, провозглашавшая право на абсолютное господство фюрера над всем немецким народом и над каждым немцем в отдельности. Эта доктрина неразрывно связана с расовой теорией.