Преступник номер один. Нацистский режим и его фюрер

С «вырождающимся» искусством начали расправляться втихомолку. В мае 1937 года Гитлер подписал закон о конфискации всех подобных произведений. На основании этого закона из музеев было изъято 13 тысяч картин и скульптур. Гитлер поручил специальной комиссии во главе с Геббельсом продать конфискованные картины за границу, чтобы выручить за них валюту; картины, которые не удалось сразу продать, подлежали уничтожению. 20 марта 1939 года во дворе главного управления пожарной охраны Берлина было устроено аутодафе из произведений искусства: в тот день нацисты сожгли около пяти тысяч картин и рисунков.

Не только искусство, но и наука подлежала «нацификации», хотя в сфере технических наук главари «третьего рейха» действовали более осторожно — техника нужна была им для вооружения. Себя лично Гитлер считал великим ученым. Он был убежден, что сведущ во всех науках, и не стеснялся высказывать самые сумасбродные идеи. Так, например, он заявил, что рак вызывается пищевым отравлением, что кратеры на Луне образовались в результате ее столкновения с другими «маленькими лунами», что за 10 тысяч лет до нашего летосчисления произошло столкновение Луны с Землей, что конструкция велосипеда соответствует «законам природы», а конструкция воздушного шара — «противоестественна» и т. д. и т. п.

После 1933 года Гитлер провел чистку во всех университетах и научно-исследовательских институтах. Чувствительный удар по германской науке нанесла «аризация» учебных заведений и научных учреждений.

Сотни ученых эмигрировали. Некоторые пошли на компромисс со своей совестью, причем среди них было немало известных. Эти ученые публично признали нацистскую расовую теорию и нацистскую доктрину, согласно которой все достигнутое человечеством в области культуры и науки было сначала создано «арийцами».

Другие народы, исходя из этой доктрины, занимались либо подражанием, либо плагиатом. Гитлер говорил, к примеру, что американская техника создана немцами, что арийцы дали государственность русским, что Англия выигрывала войны, потому что воевала «немецкой кровью», что в Ломбардии до сих пор еще чувствуется «арийский дух», что… христианство создано немцами, поскольку Христос — «ариец» (это «открытие» подхватили все нацистские издания).

Однако бредовую расовую теорию, как это ни прискорбно, распространяли не только Гитлер и его чиновники, но и некоторые люди науки. Так, например, физик лауреат Нобелевской премии Филипп Ленард опубликовал IB 1936 году статью под характерным заглавием «Германская физика», в которой утверждал, что «арийская физика или физика нордического человека» определила развитие этой отрасли науки во всем мире. «Если народы других стран, — писал он, — …создали научные ценности подобного типа… как немецкий народ, то только потому, что у них на том или ином отрезке преобладал нордический элемент». Довольно скоро после прихода Гитлера к власти один из новых деканов математического факультета произнес вступительную лекцию на тему «Математика — нордическая наука». Лауреат Нобелевской премии Ханнес Штарк хвалил «кадровую политику» нацистов, которая освободила Германию от «расово чуждых ученых», и «доказывал», что арийской биологии принадлежит приоритет во всех крупных научных открытиях.

Биологию, кстати сказать, в нацистском государстве «опекал» Розенберг. Он, между прочим, создал специальный институт биологии и расовой науки, Он же сформулировал одну из основных «научных» догм нацизма, согласно которой «мировоззрение национал-социализма должно пронизывать все науки». Особенно «пронизывало» оно историю. На собрании сотрудников «имперского института истории новой Германии» Вальтер Функ заявил, что история человечества есть история арийской расы и что новый институт должен превратиться в «генеральный штаб германской науки», который распространит этот нацистский тезис во всем мире.

Писателей, художников, ученых, которые служили нацистскому режиму, Гитлер осыпал милостями: давал им множество привилегий, а зачастую и прямых денежных подачек. Так, например, актерам Вольфгангу Либенэйнеру и Гансу Церлетту было «отвалено» по 30 тысяч марок, Фейту Харлану (постановщику антисемитской картины «Еврей Зюсс») — 40 тысяч марок, Карлу Фрелиху (мужу любовницы Геббельса Лиды Баровой) и Эмилю Яннингсу— по 60 тысяч марок и т. д. Писателей Гитлер освободил от «неприятностей», связанных с существованием литературной критики; — критика была попросту запрещена как не соответствующая «нордическому духу».

Подкуп, запугивания и открытый террор[63] принесли свои плоды — литература, искусство и в значительной степени наука были превращены в составную часть нацистской пропаганды, в орудие оболванивания масс и воспитания их в нацистском духе.