Преступник номер один. Нацистский режим и его фюрер

Естественно, нацистская верхушка понимала, что для «онемечивания» всей Европы, а далее всего мира необходимо сколотить широко разветвленный аппарат террора. И именно эту часть своей программы гитлеровцы выполнили — аппарат террора они сумели построить. Всю Европу Гитлер покрыл сетью концентрационных лагерей. Еще до 1939 года нацисты создали шесть крупных концлагерей в самой Германии: Дахау, Заксенхаузен, Бухенвальд, Флоссенбург, Нейенгамме, Равенсбркж; в годы войны их значительно расширили, число заключенных в них увеличилось в 2–4 раза. Но наибольшее значение получили «лагеря смерти», расположенные на территории оккупированных стран. До 1942 года было создало девять таких лагерей: Маутхаузен, Освенцим, Гузен, Натцвейлер, Гросс-Розен, Майданек (возле Люблина), Нидерхаген, Штуттхоф, Арбайтсдорф, В 1942 году началось сооружение трех гигантских лагерей на территории Советского Союза: в Риге, Киеве и Бобруйске. Кроме того, существовали еще «особые лагеря», лагеря для малолетних и т. д.

В одной из «застольных бесед» Гитлер изрек: «Того, кто выступает против моего порядка, я безжалостно уничтожу. Порядок, который я создаю, вовсе не должен быть понятен широкой массе. Но кто выступит против этого гранитного порядка, расшибет себе лоб. Любая попытка сломить наше государство будет утоплена в крови».

По существу, все наказания в нацистском рейхе были пожизненными; Гитлер считал, что человек, который хоть раз «провинился» против нацистского строя, навсегда останется «врагом». «После 10 лет тюрьмы, — говорил он, — человек все равно потерян для народной общности. Кто захочет дать ему работу? Такого человека лучше всего либо заключить в концлагерь, либо убить. На данном этапе лучше всего убить его, чтобы запугать других».

Так откровенно Гитлер высказывался лишь в узком кругу посвященных. Но его высказывания очень быстро становились известными функционерам НСДАП. И не только известными. Устные замечания фюрера были для фашистского аппарата негласным законом, куда более обязательным, чем все писаные декларации и законы. Так, например, высказывание Гитлера о том, что людей, отсидевших в тюрьме, лучше убивать, Гиммлер сразу же принял «к исполнению»; свои жертвы он не выпускал из рук. Человеку, попавшему в гестаповскую тюрьму (пусть даже по ошибке!), уже не было пути назад. Для Гиммлера он оставался «врагом нации», потенциальной угрозой. Известно, например, о некоем Неймюллере, который был арестован по ошибке, потому что его спутали с однофамильцем, замешанным в событиях 30 июня 1934 года. На суде выяснилось, что произошло недоразумение. Однако подсудимого не выпустили на свободу, его вновь отправили в тюрьму, где он просидел до начала войны. А после начала войны гитлеровцы устроили большую «чистку» тюрем, и тогда несчастного Неймюллера убили.

В последние годы войны в фашистском рейхе происходили невиданные массовые убийства людей, или, как выражались сами гитлеровцы, «ликвидация» неугодных элементов. Вот статистика смертных приговоров, вынесенных в годы войны нацистскими судами. (Все цифры взяты из отчета министра юстиции Германии Тирака, опубликованного в секретном нацистском бюллетене «Ди Лаге» 23 августа 1944 года).

1940 год — 926 смертных приговоров, 1941 год — 1292, 1942 год — 3660, 1943 год — 5336. Притом в отчете Тирака учтена лишь незначительная часть жертв фашистского террора, В этот отчет не входили лица, уничтоженные в застенках гестапо и «ликвидированные» в лагерях, а также люди, казненные по приговорам военных трибуналов.

Из того же секретного бюллетеня «Ди Лаге», но уже от 5 октября 1944 года стало известно число арестованных в тылу немцев в первые месяцы 1944 года. В январе было «изъято» 42 580 человек, в феврале — 45 044, в марте — 46 302. В последующие три месяца, когда была проведена специальная «акция Тирака», прокатилась новая волна арестов — в тюрьмы попали 170 670 человек. За первое полугодие 1944 года было таким образом арестовано 304 596 человек. А за весь 1944 год, по оценке одного из историков немецкого движения Сопротивления писателя Гюнтера Вейзенборна, было брошено в тюрьмы более полумиллиона человек. Цифры эти характеризуют разгул фашистского террора внутри самого гитлеровского рейха. Только учитывая их, можно понять, на чем держалась диктатура Гитлера в тот период, когда нацистская империя все более быстрыми шагами двигалась к катастрофе.

Однако как ни свирепствовали нацисты в самой Германии, террор никогда не достигал там такого размаха, как на оккупированных территориях. По прямому указанию Гитлера воинство Гиммлера перешло в Европе к физическому уничтожению целых народов и этнических групп.

Это касалось прежде всего востока Европы — Советского Союза. На его территории, как мы уже указывали выше, действовали четыре эсэсовских отряда «особого назначения», которые занимались массовым истреблением людей.