Пряничный домик Агнешки Кравчик

Я огляделась. Богатое убранство комнаты поражало детское воображение, но более всего меня восхитило зеркало, стоящее на трех изящных ножках в центре комнаты. Оно было инкрустировано золотом и цветными каменьями, чьи грани вспыхивали под сполохами каминного огня.

— Кто это? — не удержалась я, когда заметила в нем отражение девушки с распущенными волосами. Та сидела в каком — то темном помещении в одной нижней рубахе, освещенная неярким светом двух свечей. Она заговорила, и я различила слова: «Суженый — ряженый, приходи со мной ужинать».

Красивый незнакомец позвонил в колокольчик, и в комнату вошло еще несколько юношей, как мне показалось, тоже принцев. Они на некотором удалении принялись рассматривать отражение замершей в ожидании девушки, и не обращали на нас никакого внимания, ровно до тех пор, пока «мой» принц не спросил:

— Что? Никому из вас черноокая невеста не нравится?

Только тут они обернулись и обнаружили мое присутствие.

— Генрих, что это за чудное создание?

Так я узнала, что принца зовут Генрих.

— Видимо, моя судьба, — ответил он и протянул мне бокал с чем — то теплым и приятно пахнущим. Пока я пила, изображение разочарованной девушки исчезло, а ее место заняла другая. Стоило ей произнести ту же фразу «Суженый — ряженый, приходи со мной ужинать», как один из принцев выкрикнул: «Моя!» и сделал шаг к зеркалу. Девушка, увидев его, ахнула и закрыла лицо ладонями.

— Ну, все! Выбор сделан, — произнес «жених» с самодовольной улыбкой.

— Вайолет, осторожно. Пряничный домик больше не у германца. Видимо, подлец продал его. — Генрих обернулся ко мне: — Ты проводишь Вайолета в свой домик?

— Как вас зовут, милая дама? — Улыбающийся Вайолет отвесил шутовской поклон и поцеловал мою руку.

— Агнешка, — произнесла я, страшно смущаясь. Ведь я так и не умылась перед сном, и на пальцах виднелись следы от шоколада. Вайолет поднял меня и пошел к выходу, кутая в подаренную Генрихом шаль.

— Агнешка, вспомни обо мне, когда тебе исполнится восемнадцать! — крикнул на прощание Генрих. Принцы разразились громким смехом.

Утром меня разбудил дедушка.

— Вставай, засоня. Рождество проспишь! И иди, умойся. Все лицо в шоколаде.

Как же мне было стыдно! Один раз в жизни повезло увидеть принца (пусть и во сне), а я выглядела как настоящая замарашка!

С той ночи прошло много лет. И ни разу чудесный сон не повторился. Хотя существовала одна вещь, которая меня сильно смущала — в доме обнаружилась шаль, которую я впервые увидела именно в замке с зеркалом. Все заверения, что я принесла ее из сна, сначала забавляли родителей, а потом мне было строго наказано перестать твердить, что из пряничного домика можно попасть в сказочный мир. Да и я, повзрослев, поняла, что притащить что — либо из сна просто невозможно. Пряничный домик был забыт и пылился во флигеле вместе с другими старыми вещами.

Ровно до тех пор, пока мне не исполнилось восемнадцать.

Наступило Рождество, и мы отправились с подругами колядовать. Насмеявшись до колик, наевшись сладостей, извалявшись в снегу до зубовного стука, нагрянули мы в дом моей кузины Ядвиги погреться, где кто — то вспомнил об обычае гадать на святки.

Разогрели баню, принесли свечи, зеркала и прочую нужную для ворожбы утварь, и принялись вызывать суженого — ряженого. Конечно, ни к одной из нас жених не явился, но повеселились мы вволю. Я даже пересказала свой сон о «принцах», которые с другой стороны зеркала собираются и нас, невест, оценивают.

— Ой, — всплеснула руками Ядя, — выходит, не только ты смотришь в зеркало, но и зеркало смотрит на тебя?

Позже, уже в усадьбе, делясь с бабушкой впечатлениями, мы с Ядвигой узнали, что гадали неправильно — жениха нужно было вызывать в одиночестве и в полной тишине. Только тогда он, может быть, и придет.

7

Ночью мне не спалось. Не давали покоя воспоминания бабушки о том, что одна из ее подруг видела в зеркале лицо суженого, а спустя год исчезла, оставив записку, что вышла замуж и уехала с любимым навсегда. Этот рассказ удивительно перекликался с моим давним сном, и мне нестерпимо захотелось заглянуть в зеркало. А вдруг я увижу Генриха? Глупость, конечно.

Я не стала будить Ядю, которая посмеялась бы надо мной, и отправилась в баню одна, нарядившись в самое красивое платье. Мне хотелось поразить принца. Одеваясь, я представляла, как приятно удивится Генрих, увидев, в кого превратилась замарашка. Если, конечно, он появится.

И он появился. Стоило только произнести: «Суженый — ряженый, приди ко мне ужинать».

— Агнешка, я иду за тобой, — произнесло в зеркале отражение того, чьи прекрасные черты отпечатались намертво в моей памяти. И я вдруг поняла, что детская влюбленность никуда не делась, и как бы я не уговаривала себя, что давние события не могли произойти на самом деле, в душе всегда верила, что той рождественской ночью побывала в гостях у принца.